Трое из Леса. Вторая трилогия

– Мрак… Но как же я могу за тебя выйти… если я буду чужой женой? Мне сестра сказала, что меня отдадут замуж за какого-то властелина гор… Громард его имя. Уже скоро отдадут, Мрак… Я не понимаю, Мрак… Мрак, не отдавай меня!.. Ты не забыл, что я должна быть твоей женой, а не какого-то там Громарда?

Не забыл, хотел ответить Мрак, но слова не шли из волчьего горла. Вырвался слабый полурык-полускулеж, он поспешно припал к полу. Лицо Кузи сразу скривилось, вот-вот заревет. Мрак поспешно приподнялся, чтобы ее пальцы снова коснулись его шерсти.

Она распахнула глаза, порывисто обняла его за шею и горячо поцеловала в морду.

– Мрак!.. Я так и знала, что ты меня найдешь!..

Он лизнул ей щеку. Она засмеялась, зажурилась. Он тихонько вылизывал ей лицо, уши, дышал тепло и ровно. Кузя снова расслабилась, веки опустились, она задышала медленно и ровно, но счастливая улыбка осталась на детских губах.

Он отступил медленно, волчий нюх уже подсказал, где здесь тайный ход, когда-то он часто ходил по этим узким лазам, и хотя здесь подземелья богаче и разветвленнее, чем в Барбусе, но он помнит их, помнит, даже не забыл, где прятал во время ночных вылазок оружие…

Быстрые лапы несли его по тесному ходу с такой легкостью, словно он ходил здесь десятки лет, а последний раз был только вчера.

Комнаты прислуги, комнаты гостей, вот комната, куда он ворвался первый раз… там были люди Руда… или Горного Волка, уже забыл, все они теперь на одно лицо, все мечтали свергнуть Светлану и захватить трон для своего повелителя.

Он бежал по тайному туннелю, но чувствовал, что снова, как встарь, мчится по этому огромному дворцу, намного более огромному, чем дворец в маленькой Барбуссии.

Светильники везде горят редкие, слабые, выхватывая из тьмы только круги старой каменной кладки. От стен, даже с солнечной стороны, тянет сыростью, гнилью, а с другой стороны коридора идут комнаты, он помнит их роскошными, но сейчас даже здесь, в норе, чувствует их запустение.

Во все тайные глазки он на бегу заглядывал, хватал цепким взором стены, сплошь завешенные гобеленами да коврами, массивные столы и разномастные кресла с завитушками и позолотой, несся дальше и дальше, дивясь, что почти не встречает людей.

Дворец строили и перестраивали разные правители, но последний раз расширяли два-три поколения тому, с той поры только украшали, обставляли. Как странно и резко расцвет сменился упадком, словно дворец затосковал о погибшем Ховрахе… Половина этих помещений сейчас вообще нежилые, в них никто, судя по запахам, не заходит. Здесь вообще нетрудно заблудиться. Стражников, от которых нет прохода в его дворце, здесь почти нет…

К его удивлению, даже тцарские покои оказались пустыми.