Цена страсти (СИ)

Лицо его выглядит сейчас непривычно – совсем нет жёсткости в его чертах, нет мрачной тяжести во взгляде. Он и правда как будто пьян.

И только тогда я понимаю, что дали свет, но смутиться не успеваю – Олег притягивает меня к себе, прижимает к груди всё ещё часто и мощно вздымающейся. Обнимает крепко и в то же время с нежностью, зарывается лицом в волосы на макушке. Я чувствую щекой жар его кожи, слышу неистовое биение сердца. Я вдыхаю его запах, и меня захлёстывает странное желание – ни о чём не думать, не шевелиться, застыть в этом моменте, если не навсегда, то надолго. И пусть бы ничего больше не было: ни Шубина, ни Стасика, ни завода, ничего, только мы вдвоём…

Я сбежала в ванную.

Блаженный дурман понемногу отпускал, и холодком под кожу пробирались стыд и горькое раскаяние. Почему самое сильное удовольствие у меня всегда влечёт за собой угрызения совести? Тогда после нашей близости я, глупая, всерьёз считала себя чуть ли не падшей.

Однако сейчас всё ещё тяжелее. К сексу моё отношение стало, конечно, проще. Но… это же не просто Олег, симпатичный парень, превратившийся в безумно притягательного мужчину. Это Миллер, чьё имя ещё позавчера внушало мне ужас, ненависть, отвращение. А сегодня, сейчас?

Натирая распаренную кожу мыльной губкой, я твердила себе: он – зло. Он – враг. Он – бездушное чудовище. Причём не просто пешка подневольная, что творит непотребства по приказу сверху, он – тот, кто эти приказы отдает.

У меня не может быть с ним ничего общего. Между нами пропасть.

И то, что произошло сейчас между нами, это постыдно и ужасно. Я предала всех и вся, и себя в первую очередь.

Хотя… что уж сразу – предала? Просто ошиблась, дала слабину. Всё-таки это не просто злодей Миллер, это Олег, мой Олег. А прошлое не так-то просто перечеркнуть. Да и я не железная, а он такой… кто угодно бы не устоял.

Но такой ошибки больше не повторится. Никогда.

Однако стоило мне выйти из ванной и взглянуть на Олега – он стоял у окна, опершись обеими руками о край подоконника, – стоило увидеть его смуглое, рельефное тело, как уверенность моя дрогнула. Ну нет, сказала себе, я всего лишь восхищаюсь его мужественной красотой. Я же не совсем слепая, в конце концов.

Заслышав мои шаги, он обернулся.

Хорошо, что он надел хотя бы брюки, но лучше бы и рубашку, чтобы всякие ненужные мысли не лезли… Однако поймав его долгий, потемневший взгляд, я вновь ощутила прилив душного волнения и сладкую дрожь предвкушения.

Разлад тела и разума – вот как это называется!

Я присела на край дивана, целомудренно запахнув полы халатика, и больше для себя, чем для него твёрдо сказала:

– Олег, я хочу, чтоб ты знал – то, что сейчас между нами произошло… это... не знаю, как объяснить... но я всё равно не смирюсь с тем, что вы делаете. И не отступлю. Ни за что. Да, для меня наша...