Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Это она уговорила миссис Эйнстейбл пригласить пару, но ничего не вышло: миссис Линдейл вежливо отклонила приглашение, сославшись на невозможность оставить свою малышку. Викарий горевал и по этому поводу. Пусть Эйнстейблы не принадлежали к поколению Линдейлов и нечасто принимали гостей, их нельзя было не считать полезным знакомством.

– Я сейчас как раз от них, – подхватил Хемингуэй. – Мистер Эйнстейбл – джентльмен старой школы. Начальник полиции рассказал, что он лишился на войне единственного сына. Представляю, какая это утрата для Торндена, а не только для него самого.

– Вы совершенно правы, инспектор! – воодушевился викарий. – Я редко встречал таких замечательных молодых людей, как он. Он поддержал бы ветшающие традиции. Редкий цветок в густом лесу… Сквайр перенес жестокий удар. Остается надеяться, что его наследник не ударит в грязь лицом, хотя, боюсь, отношения между деревней и сквайром ждут печальные перемены. Торнден плохо принимает чужаков.

– Не знаю мест, где это происходило бы более гладко, – заметил Хемингуэй. – Будем надеяться, что в ближайшее время этого не случится.

У сквайра здоровый и бодрый вид, чего не скажешь о миссис Эйнстейбл.

Викарий вздохнул:

– «Ибо не ведаешь, что сулит грядущий день…»

– Воистину! – отозвался Хемингуэй. – Так-то оно так, но…

– У сквайра грудная жаба, – сообщил викарий.

– Что вы говорите!

– Сквайр вполне может протянуть еще много лет, – подал голос Хасуэлл.

– Все мы молимся об этом, дорогой Хасуэлл.

– Я понимаю, о чем говорит викарий, – произнес Хемингуэй. – При такой болезни каждый день может оказаться последним. Неудивительно, что у миссис Эйнстейбл озабоченный вид.

Как я погляжу, он не из тех, кто себя щадит.

– Сквайр не инвалид, – возразил Хасуэлл. – Он очень энергичный человек, для него будет только хуже, если он откажется от привычной активности.

– Святая правда! – кивнул викарий. – Но ему можно пожелать меньше трудов. Так и хочется посоветовать сквайру забыть о чрезмерной добросовестности, но разве такое советуют?

– То есть не так стараться ради поместья, которое достанется по наследству то ли кузену, то ли племяннику, живущему где-то в Южной Африке? – уточнил Хемингуэй.

 – Это даже не старания, а настоящая борьба! – Он посмотрел на Хасуэлла: – Я видел, что он занимается лесоповалом.

– И новыми посадками.

– Это я тоже заметил.

– Сквайр – необыкновенный человек, – тепло промолвил викарий. – Иногда я ему говорю, что предприимчивостью он поборется с человеком вдвое моложе себя! Помню, когда он только решил извлечь выгоду из общинного выгона… Надо вам объяснить, инспектор, что выгон…

– Кстати, про выгон, – перебил его Хасуэлл.