В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

Профессор и младший лейтенант велели ребятам, чтобы со двора ни шагу, а сами двинулись на операцию. Но по­слушался их только Олик. После всего случившегося (и по­сле касторки) он был печальный и покорный. Как герой, совершивший свой главный в жизни подвиг и теперь гото­вый на любую казнь. Он остался в доме под присмотром заботливой Ольги Никифоровны, а Матвей, Сеня, Антошка, Варя и Андрюша тайно двинулись следом за профессором и милиционером.

Сеня виновато прошептал Антошке:

– Не успел ты приехать и сразу в такую заваруху…

– Лишь бы Пеку не посадили в тюрьму, – отозвался Антошка.

 – Это самое ужасное, когда хочешь домой, а нельзя…

– Таких маленьких балбесов не сажают. Самое страш­ное для него – это тётя Золя.

– Зелёная педагогика? – спросил Антошка, уже под­наторевший в земных обычаях.

– Ох… – горестно отозвался Сеня.

Злополучный камень с “дырою” под ним и с полустёр­шимся рисунком проткнутого стрелой сердца лежал в не­ухоженном сквере на берегу речки Петуховки, что проте­кала среди старых улиц, и недалеко от Ямского пустыря. Это был высокий гранитный валун, он темнел среди травы рядом с полуразвалившейся беседкой.

Под ним была похо­жая на неглубокую нору выемка. Мальчишки, когда игра­ли, часто пользовались им как тайником.

Профессор взял с собой бинокль.

Матвей забежал домой и тоже прихватил оптику: трубу “Турист” с двадцатикратным увеличением.

Далее события развивались так.

Профессор и участковый укрылись метрах в ста от кам­ня, за изгородью. Ближе было нельзя, чтобы не спугнуть рэкетира.

А ребята нашли убежище под мостиком, в кустах ольхи. Отсюда берег с беседкой и камнем просматривался тоже хо­рошо.

Тянулось время, журчали в осоке струи Петуховки. Матвей поглядывал на часы.

И вот, когда было без двух минут двенадцать, на берегу возник Степан Степаныч Лошаткин. Вся его тучная фигура изображала страх и покорность судьбе. Оглядываясь, Ло­шаткин присел у камня, что-то сунул в нору. Затем вы­прямился и, не глядя по сторонам, торопливо зашагал прочь. Как и предписывалось в зловещем письме.

Минут через пять появился Пека. Все смотрели в трубу, хватая её друг у друга.

Пека шёл и подбрасывал красный мячик.

Посторонние должны были убедиться: славный весёлый мальчик вышел погулять и поиграть. Никакого злого умысла.

Мячик (совершенно случайно!) упал и подкатился к камню. Мальчик подбежал, нагнулся и (тоже совершенно случайно, из простого любопытства) сунул руку в дыру. Нащупал и вытащил свёрток. Пакет был небольшой. Маль­чик сунул его под майку. И вприпрыжку, всё так же под­кидывая, мячик, двинулся к изгороди. Как раз туда, где бы­ла засада.

– Ох и дураки мы, – запоздало простонал Андрюша.