Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

– Да-да, конечно, молитва, – покивал князь. – И как я мог забыть? Далеко нам еще?

Аманда изумленно дернулась:

– А я что – местная?

– Так ты же дорогу спрашивала.

– Спрашивала. Сказали – сначала через мост на ту сторону перейти… А где этот чертов мост и далеко ль до него – я не знаю. Эх, выкупаться бы, пот с себя смыть.

– Вот найдем приют, а потом и купаться будем."

"Во всем основательный – сказывался жизненный опыт – князь твердо знал, что сначала – дело, а уже потом – разные глупости, типа вот, купания, которое, конечно, сейчас пришлось бы очень даже кстати, но сначала все-таки нужно отыскать приют, о котором брат Гонсало рассказывал Аманде… точнее, это она у него все выспрашивала.

Приют при монастыре Святого Бернарда, что – как путники недавно узнали – располагался на той стороне города, за мостом.

Манреса-Манрежа, древний, известный еще до римлян, город среди крутых зеленых холмов. Каменные стены, многочисленные храмы, развалины римских терм, на главной площади перед неказистым собором – ратуша, точнее, здание городского суда и кортесов – приземистое, сложенное из темно-серых, плотно пригнанных друг к другу, камней.

Три этажа, коричневая черепичная крыша, довольно мрачный, на взгляд Егора, фасад почти безо всяких украшений, не считая городского герба: внизу – алый крест на серебряном поле, вверху – красные каталонские столбы на золотом. Там, у ратуши, журчал фонтан, построенный, судя по всему, еще римлянами.

Черт! Действительно, пить хочется. Так, что даже голод чувствуется не особо. Ладно уж, это можно покуда и перетерпеть, главное – хоть крыша над головой будет, подождать дней пять паломников из Таррагоны, кои, по словам все того же выспрошенного юной ведьмой брата Гонсало, «бредут в многолюдстве великом».

И это было хорошо, что «в многолюдстве», очень хорошо. Разъезды короля Альфонсо хватали всех подозрительных почти не глядя, и беглецы едва не попались, да вот, Бог помог, убежали, крепкие ноги помогли.

Как и предполагал князь, цепь арагонской стражи окружала всю Барселону, и гору Монтсеррат и, конечно же – Матаро. Впрочем, и сквозь нее пробиться можно было – с паломниками, и никак иначе. Самое главное теперь осталось этих паломников дождаться и к ним пристать.

В этом смысле Вожников сейчас благодарил случай… или, скорее – Господа, пославшего беглецам встречу с братом Гонсало, на которого теперь и можно было бы ссылаться. Лишь бы…

– Думаю, не откажут, – Аманда повернула голову, словно подслушав мысли своего спутника. – С чего бы им нам отказать?

– Нам их еще дождаться надобно. На что-то прожить: странно, но есть почему-то каждый божий день хочется.

– И платье, – в тон Вожникову заметила девчонка.