Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Впрочем, гость на его поклон даже не ответил – сразу же бросился к спустившейся навстречу вдове, взял за руку…

– Вы все еще плачете, милая Агнесс? Но я же вам сказал…

Вдовушка обиженно надула губки:

– Ничего вы мне толком не объяснили! Так все, второпях.

– Ну, так сейчас поясню. За тем и явился.

– Что ж тогда мы стоим? Проходите наверх… Дети! Эй, Йозеф, Ганс! Подите-ка, погуляйте. Что? Какой еще пфенниг?

– Ничего, ничего, – поднимаясь по лестнице, успокоил конторщик. – Я дам. Это кто у вас… – запнувшись о ступеньку, он неожиданно оглянулся на Федора.

– Каменщик, – улыбнулась вдова.

"– Ах, наняли все-таки… И дорого запросил? Хо! Всего полста монет! Одна-ако… Он, видимо, из Риги… Будьте осторожны, милая, как бы городской сенат не…

Голоса стихли… послышался топот, потом с лестницы кувырком скатились Ганс с Йозефом и с радостными воплями исчезли за дверью.

Покусав губу, Федор попытался со всей осторожностью подняться по лестнице. Увы, не удалось – ступеньки скрипели так, словно по ним повели слона! А там, наверху, вне всяких сомнений, разворачивалась весьма интересная беседа, дьяк это чувствовал так же, как великий князь Георгий чувствовал опасность.

Говорили-то наверху громко, да вот беда, здесь, внизу, было не разобрать ни звука, один сплошной гул. Молодой человек уж и ухо к стене прикладывал, и выходил на улицу – может, удастся подслушать под окном. Тщетно! Напрасные хлопоты.

Федор непроизвольно выругался, и тут вдруг взгляд его упал на дымоход. Взобравшись на плоскую печку, дьяк прислушался… Нет, не разобрать ни черта! Если только… если только пробить дыру!

Недолго думая, герр Гульд схватил стоявшую в углу кирку, размахнулся… О, боже, какой грохот!

– А ваш каменщик, я смотрю, вовсе не лентяй! Работает, да еще как.

А вот теперь наконец-то стало очень хорошо слышно! Прижавшись к дымоходу, Федор напряженно прислушался.

– Милая Агнесса, как мне вас убедить, что я не вожу с Михаэлем никакой дружбы? Он просто приходил по делам…

– Я сначала заметила перстень… тот самый, с синим сапфиром… А уж потом проследила…

– Говорю же – приходил по делам… как и многие другие. И с чего вы взяли, что…

– Я видела его с той скуластой девкой! Два года назад, когда та… Ну, вы знаете…

В голосе молодой вдовы явственно чувствовалась обида.

– И что с того? – глухо возразил гость. – Мало кого с кем видели вместе.

– У них явно были какие-то общие дела, – Агнесса упрямо настаивала на своем. – А, может, быть, они даже любовники. И что с того, что та драная коза некрасивая и тощая?

– Пусть! – неожиданно разозлился конторщик. – Пусть у них были дела, пусть они даже любовники – нам-то с тобой какое дело?

– Этот Михаэль – страшный человек, и он сейчас – рядом с тобой, рядом с нами… рядом с моими детьми! А с ним – та девка.