Весь Мегрэ. Том 3

Под конец, видно, парижанин, Гастон Меран, взял верх, так как брат говорил теперь тихо. Я кончил обед, когда они спустились. Альфред Меран казался мрачным, будто все обернулось не так, как он хотел, в то время как другой выглядел куда веселее, чем когда пришел. «Выпьешь стаканчик?» — предложил Альфред. «Нет, спасибо». — «Уже уходишь?» — «Да». Оба, нахмурившись, смотрели на меня. «Я провожу тебя до города на машине». — «Не стоит». — «Может, вызвать такси?» — «Не надо, спасибо». Они говорили, почти не разжимая губ, и чувствовалось, что слова должны были лишь заполнить паузы.

Гастон Меран вышел. Брат закрыл за ним дверь, собрался что-то сказать хозяйке и Фалькони, но, взглянув на меня, сдержался. Я не знал, что делать. Позвонить шефу и спросить — не посмел. Решил, что лучше не упускать Гастона Мерана. Вот почему я вышел за ним, не захватив с собой вещевой мешок, словно хотел подышать после обеда воздухом. Я вскоре догнал нашего героя, он шел ровным шагом по дороге, спускающейся к городу. Он остановился перекусить на бульваре Республики, потом отправился на вокзал узнать расписание поездов, а оттуда — в «Отель для путешественников», где заплатил за номер и забрал чемоданчик. Теперь Меран ждет, он не читает газет, только смотрит перед собой, полузакрыв глаза. Вид у него не очень-то бодрый, но, кажется, он все-таки доволен собой.

— Дождитесь, пока он сядет в поезд, и сообщите мне номер вагона.

— Слушаюсь. Завтра утром передам донесение комиссару.

Инспектор Ле Гоенек хотел повесить трубку, но Мегрэ поспешил добавить:

— Я хотел бы, чтобы проверили, не смылся ли Альфред Меран из «Эвкалиптов»?

— Вернуться туда? А вы не думаете, что я уже погорел?

— Пусть кто-либо из ваших последит за домом.

Надо их телефон подключить для прослушивания. Если по междугородной закажут Париж, любой номер, сообщите мне немедленно.

Теперь привычная процедура разворачивалась в обратном направлении.

Марсель, Авиньон, Лион, Дижон были предупреждены. Гастону Мерану позволили путешествовать, как взрослому, самостоятельно, но в некотором роде его передавали из рук в руки.

Он должен был приехать в Париж в половине двенадцатого дня.

Мегрэ лег спать и проснулся, когда жена принесла ему чашку кофе, с ощущением, что не выспался.

Небо наконец очистилось, и напротив, над крышами домов, показалось солнце. По улице люди шли более бодрым шагом.

— Придешь завтракать?

— Вряд ли. Позвоню тебе до двенадцати.

Жинетта Меран не отлучалась с улицы Деламбр. Большую часть дня она проводила в постели, спускалась вниз только поесть да пополнить запас романов и модных журналов.

— Ничего нового, Мегрэ? — тревожился прокурор.

— Пока ничего определенного, но я не удивлюсь, если скоро новости появятся.

— Что делает Меран?

— Он в поезде.