Весь Мегрэ. Том 3

Я не была бы на него в претензии, если бы так и оказалось на самом деле… Кто бы не хотел иметь второго дома, если бы знал, что кто-то его ждет с распростертыми объятиями… Он не любил гостиниц, я сразу это заметила, во время нашего первого совместного путешествия. Он был всегда такой чуткий, настороженный, как будто чего-то боялся…

(«Ага!.. значит, это так! — подумал Мегрэ. — Он все-таки боялся!»)

— Позднее, когда я узнала его ближе и когда увидела его нестарательно заштопанные носки, догадалась, что он живет с матерью, только стыдится признаться. Много есть таких мужчин, которые не женятся из-за матери, никто бы и не подумал, что это действительная причина… Ему уже лет пятьдесят, а дрожит перед мамочкой, как маленький мальчик.

— Но ведь он должен был на что-то жить?.. Работать, чтобы иметь деньги.

— У него могли быть какие-то свои дела.

— Вы никогда не подозревали, чем он может заниматься…

— Чем?

Она спросила так естественно, что нельзя было допустить мысли, что она играет комедию.

— Что вы хотите этим сказать? Теперь я ко всему готова. Что он такого делал?

— Крал.

— Он? Оноре? — Она нервно рассмеялась. — Вы шутите, правда? Это невозможно!

— К сожалению, возможно. Он крал всю жизнь, начиная с шестнадцати лет, когда был еще учеником слесаря и убежал из исправительного дома в Швейцарии, чтобы вступить в Иностранный легион.

— О том, что он служил в Иностранном легионе, он мне сказал, когда я увидела его татуировку.

— А о том, что сидел два года в тюрьме, он не сказал?

Она села, как если бы ноги у нее не выдержали и подогнулись, и слушала так, словно речь шла о ком-то ином, а не о ее любовнике, которого она так хорошо знала в течение стольких лет…

Время от времени она встряхивала головой с недоверием.

— Я сам, к вашему сведению, лично его арестовывал, а потом еще несколько раз допрашивал в своем кабинете. Да, это был преступник, но только не такой, как другие. На вид он вел нормальный, спокойный образ жизни. Не вращался в преступных кругах, у него не было сообщников. В течение какого-то времени он готовил преступление. Целыми неделями наблюдал за выбранным домом — кто и когда уходит и приходит… До самого момента, когда с полной уверенностью в себе прокрадывался, чтобы присвоить чужие деньги, чужие драгоценности.

— Нет, нет, не может быть! Я никогда этому не поверю!

— Я хорошо понимаю ваше удивление. В одном вопросе вы не ошиблись, отгадали точно: он на самом деле жил с матерью на улице Муфтар, там находились его вещи.

— А она знает?..

— Да.

— И раньше знала?

— Да.

— И разрешала ему? — Она была не столько возмущена, сколько удивлена. — И поэтому его убили?

— Скорее всего.