Вещие сны Храпунцель
Сколько вилок и ножей нужно человеку? Набора из двенадцати штук вполне хватит. Именно так считала Евлампия Романова до того дня, как девочка Киса отправилась заниматься в Институт хороших манер юных княгинь. Теперь Лампе приходится покупать лёфели для поедания яйца, габели для торта и массу разных других приборов. А на работе у Лампы тоже сложности. В агентство Макса обратилась Джейн Кабанова. Потенциальная клиентка с порога заявила, что не может заплатить за расследование, так как едва выживает на копеечную пенсию. Изможденный внешний вид и потрепанная одежда посетительницы подтверждали это. Кабанова рассказала о пропавшем около двадцати лет назад сыночке Сереже. А недавно Джейн увидела по телевизору интервью с бизнесменом Сергеем Решеткиным и узнала в нем сына по отсутствующему мизинцу на левой руке. Кабанова просит сыщиков найти Решеткина и доказать, что она является его матерью. Макс и Лампа согласились помочь бесплатно несчастной женщине, не подозревая, что Джейн на самом деле очень богатая дама, владелица загородного особняка и нескольких квартир в Москве. Что ж, на этом сюрпризы только начинались… Но Лампа никогда не отчаивается и не удивляется, даже увидев объявление в подъезде: «Лифт отключен на время ремонта лестницы».
– Не стоит обращать внимание на тех, кто говорит чушь, – ответила я.
– Совершенно с тобой согласен, – обрадовался Макс. – А теперь объясни: почему ты не откажешься от вафельного рожка, но не носишь сумку белого цвета, потому что кто-то, когда-то, кому-то заявил: «Зимой белые вещи неуместны».
Я притихла. Действительно, что мешает мне носить белый ридикюль? Понятия не имею, кто решил, что белое с октября по апрель вне закона!
– Вот уж не думал, что ты так зависишь от чужого мнения, – подлил масла в огонь Вульф, когда мы вошли в ресторан.
Потом муж понизил голос:
– Глянь налево.
Я повернула голову и увидела женщину лет пятидесяти. На ней был ярко-розовый пуховик, белая шапочка с помпоном, голубые джинсы дама заправила в высокие сапоги белого цвета. В пару к ним шла сумочка того же колера. Незнакомка стояла у окна и беседовала по мобильному телефону.
– Давай разберем сей образ, – зашептал Вульф. – Розовый только для девочек, так пишут в модных журналах. Тетушке ее возраста облачаться в эту одежду просто неприлично! Про белое мы уже сегодня много говорили, повторяться не стоит. Но обрати внимание на головной убор. Мало того, что он запрещенного цвета, так еще и с помпоном. А последний признан аксессуаром исключительно для детей. И высокие сапоги носят красавицы моложе тридцати. Про сумку промолчу. Ну а теперь окинь даму взглядом и выскажи свое мнение.
– Где ты набрался этих глупостей? – изумилась я. – По-твоему, в тридцать один год уже наступает старость?
– По-моему, нет, – ответил Вульф. – Вчера вечером я рылся в интернете и случайно влез на сайт «Здесь лучшая мода». И стал читать! Тебе сорок лет? Уходи, старуха, пора о кладбище думать, а не о шмотках. Шапки зимой не носят, только шляпы. Не купила новые сапоги? Лохушка! Не выкрасила волосы в самый модный цвет зимы фиолетовый? Уматывай назад в свою деревню. Москва только для тех, кто следует современным тенденциям. Но не орфографические, не стилистические ошибки, не приказной тон публикации, глупость и дурное воспитание автора меня удивили. Поразило то, что у сайта, который ведет определенно завистливая школьница, толпы подписчиков, они нервничают, задают вопросы вроде: «Что купить, чтобы не выглядеть деревней и лохушкой?»
Я хотела сказать, что читают этого «стилиста» люди, не обремененные образованием, но вспомнила свою белую сумку и промолчала.
– Вам столик на двоих? – спросила стройная девушка в коротком платье, подходя к нам.
Глава тридцатая
Макс вынул удостоверение.
– Мы хотим поговорить с вашим начальством.
Девица ойкнула и бросилась в боковой коридор, громко причитая:
– Илья Алексеевич! Полиция пришла! Ой, что будет! Ой, нас закроют! Ой! Работы лишимся.

















