Владелец

Что делать? И тут же мысли беспорядочной вереницей, суетливо обгоняя друг друга, понеслись вскачь.

Угроза Айсель от Уаро по-прежнему оставалась в силе, поэтому скандал затевать ни в коем случае было нельзя, чтобы не привлекать нежелательное внимание.

Кай не знал об особенностях шейтинок, так что рассчитывать на его благородство не стоило. Да и смысла рассказывать ему о жестких реалиях мира Шейт Шанель не видела: в лучшем случае продлит свою жалкую жизнь на несколько лет, но в качестве кого? Наложницы? Вряд ли Кай захочет полностью посвятить ей жизнь, разделить с едва знакомой иномирянкой свою судьбу и тело.

"

"Девушка в отчаянии хмыкнула: наверняка Кай сочтет ее безумной, согласись она на длительные отношения с ним после случившегося. Естественно, для любой женщины насилие — это психологическая травма на всю жизнь, и часто после случившегося жертвы не могут вступать в интимные отношения. Шанель несколько раз видела в фильмотеке работы кинокомпаний других миров по этой проблеме. Она думала, что таким образом обогатит свои знания о других расах, расширит кругозор. Сейчас же истерично смеялась сквозь слезы.

Женщинам других рас вполне возможно вычеркнуть насильника и вообще мужчин из жизни… и даже ребенка «в пробирке» завести, но не для шейтинки. Нет, не для Шанель! Ей остается только умереть в мучениях и страданиях.

Шанель резко села, задумалась, но между ног так саднило, что она, застонав, опять легла и погрузилась в лихорадочные раздумья. И хорошо, что она летит на Озерис, подальше от родителей и знакомых. О ее новом положении никто не должен узнать! Даже Айсель будет спокойнее жить и пройти слияние с Эдеризом.

Этот мужчина уж точно сможет сделать счастливой ее сестру. Как папа маму.

Вспомнив о слиянии, Шанель непроизвольно содрогнулась всем телом, а между ног оставалась тупая боль, не давая забыть ощущения, которые она совсем недавно испытывала. Как Кай безжалостно врывался в нее, буквально рвал нежную плоть. А потом его семя, словно жидкий огонь… заклеймило… Свернувшись клубочком и подтянув колени к груди, маленькая одинокая шейтинка открыла глаза и вперилась в стенку напротив.

Неожиданно вспомнилась просьба Кая о прощении, признание, что его опоили наркотиками.

Шанель оцепенела, заострила внимание на этих неожиданно вспомнившихся деталях. Если они с Айсель пришли к мнению, что сосед по столику в ресторане не совсем тот, за кого себя выдает, так, может, и другие сделали аналогичные выводы? Почему-то в этот момент стало легче дышать, ведь тогда в насилии виноват кто-то другой, а не Кай. А может, его специально опоили, чтобы попал в подобную ситуацию, но с другой женщиной… которой нечего терять или нечего боятся, кроме насильника.