Вне зоны доступа

Не приглядывалась к мужчинам, как это непроизвольно делают женщины в поиске, и на себя не примеряла. Тем удивительнее было то, что я почувствовала, когда впервые его увидела.

Мое тело наполнилось странной расходящейся кругами вибрацией. Я уже так давно не испытывала ничего похожего, что даже не сразу определила природу творящегося со мной безумия. Это была химия чистой воды. То, что осталось в человеке нестертым тысячелетиями эволюции. Не вытравлено моралью и правилами приличия… Я почувствовала самого подходящего для себя самца и отреагировала. Не могла не отреагировать. У меня не было ни единого чертового шанса.

Данил не был красавцем в общепризнанном понимании этого слова. Скорее он был харизматичным. От него исходило настолько мощное силовое поле, что оно магнитом притягивало всех вокруг. И меня притягивало тоже…

— Ну… я пойду? — спросил Соловьев, сверля меня темным, пробирающим до костей взглядом. Я знала, что ему понравилось то, что он видел, и это было неожиданно приятно. Так приятно, что я оказалась к этому не готова.

— Конечно.

Я сделала вид, что мне что-то понадобилось в бардачке, и отвела взгляд. Дверь открылась, впуская в салон душистую вечернюю свежесть. Я каждый раз с наслаждением вдыхала ароматы родного дома и не понимала, почему принято считать, что привыкнув, такие вещи перестаешь замечать. Я не переставала… вот уже который год я дышала этим эфиром и никак не могла насытиться. Это то, чего мне не хватало, пожалуй, больше всего вдали.

Дверь за Данилом захлопнулась с легким щелчком. Я вздрогнула. Провела взволнованно подрагивающими руками по рулю и замерла, не зная, что делать дальше. Мне нужно было решить, как я доберусь домой по такой непогоде. Эксплуатировать отцовский УАЗик и дальше я не могла, ведь ему он и самому мог понадобится в любой момент.

Пока я размышляла, из дома, накинув на плечи брезентовый плащ, вышел отец.

— Перелезай, — распорядился он. Я шустро перебралась на соседнее кресло, освобождая для него водительское. — Отвезу тебя. Или ты думала у нас остаться?

— Нет-нет. Мне домой надо. Спасибо…

От моего родительского дома до моего ехать было минут пятнадцать. Мой домик тоже стоял в стороне ото всех, мне нравилось это уединение.

— Чего этому надо было? Как он с тобой очутился?

— Да так… Случайно набрел на амбулаторию.

— Позлорадствовать пришел?

— Ничего подобного. Пап, ну, я же все объяснила, а? Давайте с ним полегче как-то…

— Посмотрим. Пока не заслужил. Знал бы, кто это — отказался бы от работы. Нечего ему здесь делать.

Я пропустила слова родителя мимо ушей и отвернулась к окну.

Низ живота непривычно тянул, и я была готова поклясться, что если бы сейчас коснулась собственной плоти, там бы было горячо и влажно. Я поерзала на сиденье.