Волчья ягодка. Развод без правил

Нотки мурлычущие исчезли из его тона, и теперь в нем звучит приказ и вечная его дурацкая правота во всем. Я ведь не помню даже, когда так случилось, что весь мой мир стал вертеться только вокруг него. Все мои мысли, что бы приготовить, чтобы он был рад, что бы надеть, как организовать отдых комфортный для Сережи. Не для семьи нашей, а конкретно для него. И я все время подстраивалась, в ущерб ебе и Машке. И думала, что счастлива больше чем многие вокруг. Смешно и глупо. И от этого очень гадко. Я лишала себя жизни, а он… Она просто брал все, что желал. Все, даже подружкой дочери не побрезговал.

Пока Сергей одевается я иду проведать малыша. Его нигде нет, и у меня в душе поднимается паника. Неужели он так быстро решил все вопросы? Но как же так? И комната, которая уже стала детской выглядит сейчас заброшено и уныло.

– Мальчик сегодня у няни, – словно из-под земли вырастает Райков. Мальчик. Он так говорит о крови своей. Малыш ведь похож на него, как водяная капелька. Изжога огненной волной поднимается по пищеводу. Мой муж… Это не мой муж. Не мой Сережа. Он таким парнем был замечательным. А Машуля когда родилась, он ведь ночей не спал. Она болела, он сидел возле ее кроватки, песни пел, сам придумывал смешные сказки. Что же с ним произошло? Словно подменили. – Рит, послушай, не считай меня мудаком. Я просто оступился. А эта дура… Уже сказала про беременность, когда поздно было что-то предпринимать.

– Но ты ведь радовался рождению сына.

– Я его и не брошу. Ребенок вырастет в нормальных условиях. Не в колхозе, в котором Сонька с родителями маргиналами живет в двушке. У него все будет.

Кроме семьи, любви и родителей. Я молчу. Не озвучиваю своих мыслей. Очень больно осознавать, что твой муж превратился в ледяного болвана.

– Ладно, пойдем к столу, – говорю я слишком бодро. – А то лед оплывет.

– Точно. Нам сегодня есть что праздновать, – хмыкнул Райков. Это да. Праздник, праздник. Знал бы ты, любимый…

Я ем молча. Нет сил на разговоры. Тошнит даже от вида мяса, которое с таким удовольствием поглощает Сережа.

– Ритка, за тебя, – приподнимает свой бокал мой муж. Я хватаюсь пальцами за фужер с шампанским. Аромат дорогого алкоголя раздражает, как и вся ситуация дурацкая. – Ты не пьешь совсем, и не ешь. Все в порядке?

– В абсолютном, – смотрю, как Райков пьет свой виски смакуя каждый глоток. Чудо-средство то, видать бракованное. Ни фига его не рубит. И это отвратительно, потому что…

– Ну тогда пора в спальню. Я ужасно соскучился по тебе.

– Машка… – хватаюсь я за последнюю соломинку.

– Она сегодня не придет. Осталась у однокурсницы. Я им оплатил пирушку, так что… Ты только мо…

Он вдруг замолк на полуслове, закатил глаза и кулем свалился со стула.