Волчья песнь

Крис проводил диагностическую проверку грузовика, глядя на экран компьютера и щурясь, хотя очки находились у него на макушке. Он всегда жаловался, что терпеть не может, как выглядит в них.

Я глубоко вдохнул запах масла, грязи, металла и резины. Точно такой же, как когда был ребенком, и приходил с папой, а Гордо предлагал купить мне шипучку из автомата.

Не хватало только его самого.

Но ничего страшного. Сейчас он был занят.

— Гляньте-ка, что gato2 приволок, — изрек Рико.

Парни подняли глаза.

Я неловко помахал рукой.

Они набросились на меня прежде, чем я успел хоть на шаг отступить.

"Смеялись. Обнимали. Гладили по голове, запуская пальцы в мои волосы. Обхватывали руками за плечи. Прижимались своими лбами к моему. Говорили, что я отрада для их глаз. Что скучали по мне. Что как только я буду готов, они заставят меня работать, пока я не сотру все руки до костей.

Я не мог найти слов, чтобы ответить им. Иногда, когда сердце переполняют эмоции, ты будто лишаешься голоса, и единственное, что остается — держаться изо всех сил.

* * *

Домой я возвращался в сумерках.

На грунтовой дороге меня никто не ждал.

Я и не рассчитывал, что будет иначе.

Но все равно стало больно.

Угасающее солнце проглядывало сквозь деревья.

Я провел рукой по высокой траве, что росла вдоль дороги.

Размышляя о том, куда иду.

Что делаю.

Сколько времени пройдет, прежде чем смогу снова свободно дышать без этой тяжести, сдавившей грудь.

Сколько времени пройдет, прежде чем моя стая перестанет быть такой разбитой и раздробленной.

Как скоро Джо снова заговорит со мной?

Хоть с кем-то из нас.

Я задавался многими вопросами.

Остановился только перед своим домом.

Мой дом. Не тот, что находился в конце переулка.

Я стоял и глазел на него.

Затем приказал себе идти дальше.

Чтобы прийти к Беннетам. Остаться у них, как я и делал всю прошлую неделю.

Нужно было проверить, как они. Убедиться, что с ними все в порядке. Удостовериться, что они хоть что-то съели. Я не мог позволить волкам голодать.

Так что не трудно представить мое удивление, когда я вдруг оказался у собственной входной двери, а рука зависла над дверной ручкой. Я велел себе уйти.

Но вместо этого положил руку на ручку и повернул ее.

Она не поддалась.

На миг я растерялся.

Но потом до меня дошло, что она заперта, хотя мы никогда не запирали дверь. Даже после того, как отец ушел, потому что у нас не было для этого причин. Мы жили в деревне. Дом в конце переулка пустовал, а потом в нем поселились волки. Не происходило никаких преступлений, никакие монстры не выходили ночью из леса.

Во всяком случае, раньше.

Все изменилось, и рука задрожала от этой мысли.

У меня не было с собой ключей. И я не знал, где они. Мне они никогда не требовались…

— Мы положим его сюда, — прошептала мама.