Волчья песнь

Джесси в свою очередь заверила, что все в порядке, что девушка добрая и милая, и чтобы я переставал беспокоиться о том, что еще не случилось.

Это не помогло, хотя мысль была дельная.

Я подумывал уже закругляться и закончить с остальными счетами завтра. На телефоне висело три сообщения с угрозами, одно от Марка, два других от Элизабет, в которых говорилось, что если я не вернусь в течение часа, они сами придут за мной. Это были не пустые угрозы, поэтому я решил идти домой.

Стоило выключить свет, как в дверь автомастерской раздался стук — кто-то резко постучал в стекло.

Я замер.

Кто бы это ни был, он точно не являлся одним из своих.

Часы показывали начало десятого. И скорее всего, этому человеку требовалась отнюдь не замена масла.

Взяв телефон, я на миг замешкался. Но лучше перестраховаться, чем потом жалеть. Выбрав наш групповой чат, я послал одно-единственное сообщение.

«Будьте наготове».

В течение двадцати секунд пришли ответы. От всех. В том числе и от Криса. Что очень порадовало, даже когда я почувствовал, как узы между нами всеми вспыхнули. Я послал по ним импульс «ТишеСпокойствиеЛюбовьСтая», надеясь, что этого будет достаточно.

Потому что это наверняка был пустяк.

Ну. Скорее всего, ничего серьезного.

Снова раздался стук.

Кто бы это ни был, он казался настойчивым.

Защита Гордо все еще была активна.

Я верил в нее, даже если больше не верил в человека, который ее установил.

Не особо. Уже нет.

Но Гордо говорил, несмотря на то, что он достаточно силен и уверен в своих силах, магия все равно не стопроцентно надежна. Она не являлась верхом совершенства.

Он предупредил, что рано или поздно что-то может случиться.

Но беспокоиться об этом не стоило.

Потому что к тому времени он уже вернется. Вот что он мне сказал.

И я ему поверил.

У меня с собой была монтировка. Теперь я без нее никуда не ходил. Она стала логическим продолжением меня, и я всегда держал ее под рукой. Альфа охранял свою стаю. Монтировка являлась одним из доступных мне способов, чтобы делать это. Я поднял ее с пола, где оставил, прислонив к столу, знакомая тяжесть легла в руку. Я больше не размышлял о насилии. И о том, насколько легко смог бы убить того, кто пришел за тем, что принадлежит мне. Иначе, уверен, у меня задрожали бы руки.

И я начал бы колебаться. А времени на это не было. Больше нет.

Я пересек темную мастерскую. Даже вывеска «У Гордо» не горела, ее выключили, когда рабочий день закончился и мы закрылись. Свет из офиса не просматривался из передней части магазина, так что кто бы это ни был, он не мог знать, что здесь кто-то есть.

Если только не следил за нами.

Я прищурился, давая глазам привыкнуть к темноте.

Снова раздался стук в стекло, негромкий и вежливый. Дверь не дрогнула. Стук не был агрессивным. Просто настойчивым.