Волчья песнь
Оксу было двенадцать, когда его папа преподал ему очень важный урок. Он сказал, что Окс — пустышка, и люди никогда не будут понимать его. А после папа ушел.Оксу было шестнадцать, когда он встретил на дороге мальчика, который говорил, говорил и говорил. Позже Окс выяснил, что мальчик не разговаривал практически два года до того дня, и что он был из семьи, переехавшей в дом в конце переулка.Оксу было семнадцать, когда он узнал секрет мальчика, и это раскрасило мир вокруг него в красный, оранжевый и фиолетовый — цвета Альфы, Беты и Омеги.Оксу было двадцать три, когда в городе произошло убийство, оставив дыру в его сердце и голове. Мальчик погнался за монстром с жаждой мести в кроваво-красных глазах, оставив Окса собирать осколки.Прошло три года с того судьбоносного дня, и мальчик вернулся. Теперь он был мужчиной, и Окс больше не мог игнорировать песню, что воем звучала между ними.
Как тебе это удается?
— Чего ты хочешь?
— Я пришел передать сообщение.
— Передавай.
Дэвид Кинг моргнул.
— Что, прямо вот так?
Я промолчал.
— Честно говоря, — вздохнул он, — я думал, это будет более драматично.
— Прости, что разочаровал.
— Этим — да. Но вот что касается тебя самого? Ничуть. Альфа-человек. Ни разу о таком не слышал. Теперь понятно, почему он так отчаянно хотел, чтобы я сюда приехал.
Я окончательно устал от этих игр.
— Кто? — зарычал я, испытав удовлетворение, когда его глаза при этом слегка расширились.
— Джо, — ответил мужчина. — Меня прислал Джо Беннет.
Картинка перед глазами стала нечеткой, будто у старого телевизора, с которым когда-то возился мой отец, крутя антенну, пока не появится прокручивающееся изображение. Так и у меня сейчас все снежило, как при помехах, а по венам оглушительно неслась кровь.
— Джо, — прохрипел я.
— Я привлек твое внимание? — поинтересовался Дэвид и снова улыбнулся. — Хорошо.
Да. Он и впрямь привлек мое внимание.
Но ему не следовало этого добиваться.
Не успел он и глазом моргнуть, как я бросился к двери, прижав правую руку к груди и пробив плечом стекло.
— Всего один толчок, — предупредил я. — И эта штука продырявит твой мозг.
— Впечатляет, — прохрипел он. И перестал сопротивляться. На его правой щеке виднелся тонкий порез от стекла, из которого кровь стекала к уху.
— Где он?
— Господи Иисусе, сколько ты весишь? Я не могу дышать…
— Последний шанс, — прорычал я.
— Я не знаю, где он!
— Ты лжешь!
— Не лгу! Богом клянусь. Я здесь не для того, чтобы причинить вред тебе или твоей стае. Я пытаюсь помочь тебе, ты переросток…
— Он жив?
— Что?
— Он жив?
— Да! Да. Во всяком случае был, когда я видел его в последний раз.
— Когда?
— Три месяца назад.
— Где?
— Аляска.
— Кто был с ним?
— Его братья.
Я надавил сильнее. Вокруг кончика монтировки проступила и потекла кровь.
— Что ты с ними сделал?
— Ничего. Ничего. Они спасли меня. Господи Иисусе, они спасли меня.
— От. Чего?
— Ричарда Коллинза!
И я замер.
Он не лгал. Без понятия, как я это понял, просто знал. Этот человек не лжет.
И за последние три года он вдруг оказался единственной нитью, связующей меня с Джо.
— Что он сказал? — спросил я хрипло. — Сообщение. Ты сказал, что пришел передать сообщение.

















