Воронка второго шанса

— Знаю, — он нехотя поднялся на ноги, — пойдем, короткую тропу тебе открою. Иначе до утра ковылять будешь.

— Щедр ты сегодня, Ведающий, — усмехнулась травница, собирая нехитрые пожитки, — аж на себя не похож.

— А ведь я и передумать могу…

— Не пугай. Знаю, что слово держишь, — насмешливо улыбнулась Мара.

Накинув в горнице одежу, травница вышла наружу. Драгомир стремительно оказался рядом. Только сейчас огляделся по сторонам и заметил, что день стоял уж больно погожий. Один из последних осенних дней, чтобы попрощаться с теплом и солнцем. Вот-вот зарядят дожди, за которыми следом придет красавица-зима. А ехал и ничего вокруг не видел. Только одна мысль — быстрее домой!

По привычке пропуская даму вперед, Драгомир вскользь глянул на спину травницы. Потом неверяще вернул взгляд и уже внимательно впился, переходя на особое зрение. Быть не может!

Мара, несмотря на усталость, споро зашагала в указанном волхвом направлении. У конца опушки остановилась. Оглянулась на идущего следом волхва.

— Ты чего?

— Мара, — медленно начал он, — ты ничего не чувствуешь?

— Чувствую конечно! Дождь завтра будет. Ноги крутит.

— Да не про то я! Печати моей на тебе нет…

— Как? — ахнула травница.

— Волховицей не станешь, но силу тебе вернули. Сама проверь.

Женщина вытянула вперед ладони, всматриваясь. Как давно она не видела силовых линий. Что бежали ровнехонько рядом с венами!

— Мату-у-ушка Лада… — она закрыла лицо ладонями и разрыдалась. Взахлеб.

— Ну ты чего? — сам от себя не ожидая, Даргомир привлек плачущую травницу и даже позволил уткнуться в плащ, — понемногу из обычного леса сможешь силу черпать. Лечить опять начнешь, сама омолодишься. А то высохла вся, будто старуха древняя. Радоваться надо. Чего ревешь?

Женщина бормотала бессвязно, изо всех сил пытаясь взять себя в руки. Да только многолетняя боль выплескивалась вместе с радостью, и не остановить ее было. Это ж словно обе ампутированные руки вернули.

— Все, хватит. Сырость развела на весь лес, — волхв предпочитал истерику останавливать цинизмом.

— Прости, Ведающий, — женщина послушно отступила на шаг, вытирая мокрое лицо, — до сих пор не верю я. Неужели правда сие?

— С остальными поговорить надо. Только с тобой такое или всех лишенцев воля богов коснулась. Сама займись.

— Хорошо. Сделаю, — она радостно закивала. Потом глянула на окна дома волхва, — это из-за нее, да? Это она нам судьбу переменила? Там, в Нави.

— Кто ж ведает? Но мою судьбу она изменила уж точно. Ступай, Мара. Дел у нас всех теперь много, — он махнул рукой, открывая короткую тропу к домику травницы. Да идти пешком придется, но в несколько раз короче.

— Позволь поздравить с женитьбой, Ведающий.

— Благодарю.