Возле Тьмы. Чужой

И трахаются все на каждом шагу, кто с кем, понимаешь, мужик? Как будто… ну, в общем, словно в этом спасение.

— От чего?

— Кто от чего спасается, — ответил Мар рассудительно. — Кто от ночных кошмаров, кто от памяти, кто от самого себя. Пиво, крепкое, таблеточки… но это уже редко.

— Это почему?

— Теперь за это все. — Он сделал некий жест пальцем вокруг шеи и присвистнул. — Что продажа, что изготовление… поймали одного со «льдом», вывезли на городскую свалку и там пристрелили. И похоронили там же. Пикетт, к слову, его отловил и сам же хлопнул. Так что если что и есть у кого, то случайно.

— Пикетт же коп, верно? — уточнил я на всякий случай.

— Коп, точно.

— А почему он вдруг авиацией занялся?

— Он не авиацией, он разведкой занимается и безопасностью. Самолеты ему из-за этого нужны. А главный летчик здесь Эйб, большой парень, — развел он руки в стороны, и я вспомнил, что «большой» в американском языке всего лишь вежливый заменитель слова «толстый». — С усами, который в Боулдере остался.

— А, верно, так логичней получается. Значит, за дурь пуля в череп?

— Верно. А вот которые с Синдромом, те, я слышал, «лед» варят почти все.

Сырья теперь много осталось, а им дурь на их Синдром как-то особенно гладко ложится. Так что ты радуйся, что у тебя зубы нормальные.

— Это как? И зубы здесь при чем? — ступил я.

— А откуда я знаю? Говорили, что тогда у них вся жизнь сплошной праздник, свои психозы смешиваются с наркотическими. Подробности опять же не по моей части. А зубы… ну ты вообще. Я про зубы тех, кто на мете сидит, — не знаешь, что ли? Если сплошь гнилые, то сначала под особый надзор попадешь. Кстати, знаешь, где живет Реджи?

— Странный вопрос, — честно отозвался я.

 — Откуда я могу знать?

— Ну… здание радио «Высокие Равнины» на северной седьмой, это совсем рядом, пару блоков проехать от мотеля. А прямо за ним двор с антеннами, а дальше два дома, в том, что справа, живет Реджи, всегда там жил, а в левом поселилась Барб.

— Барб — это кто?

— Она здесь вроде как радио-хост,[5] раньше работала на телевидении Канзас-Сити, красотка, к слову. Первая звезда теперь в этом городишке.

— Ладно, попробую прийти, — сказал я, подумав.

Почему бы и нет, действительно? Людей посмотреть, себя показать, может, и вправду что полезное получится, а если нет, так хотя бы время проведу.

В мотеле я переоделся в номере и спустился вниз, в «дайнер», как в Америке принято именовать подобные закусочные. И сразу наткнулся на Люси, в одиночестве сидящую с чашкой кофе в кабинке. Перед ней, чуть развернутый тыльной стороной к окну, стоял открытый лэптоп.

— Привет! — явно обрадовалась она мне. — Присядешь?

— А ты как думала?

Я втиснулся за стол напротив нее и плюхнулся на обитый винилом диван с высокой спинкой.

— Работаешь? — показал я на компьютер.