Возле Тьмы. Чужой

Водитель пикапа был в военной парке и черной вязаной шапочке вроде моей, рядом с ним сидел мужик в зимнем охотничьем камуфляже вроде того, что сейчас на мне. Водитель квада был в чем-то типа горнолыжного костюма, с AR15 на груди наискось.

Я поймал в прицел «военного», затаил дыхание, выстрелил, он дернулся и свалился головой на руль. Сразу прицел на другого водителя, который на удивление ловко развернул квад на одном месте, выстрелил опять, раза три подряд, вторым и третьим выстрелами уже попал точно — тот дернулся, завис, квад немного прокатился по кругу и остановился, хотя тело с него и не свалилось.

Пассажир же пикапа успел выскочить и метнуться за угол, убравшись из поля зрения. Ну да и ладно, дело уже сделано.

Все, теперь долой отсюда, ползком! Сейчас начнется: словно не слышный никому вой раздался где-то у меня в голове, будто стая оборотней завыла, почуяв человечью кровь. Ледяная терка по позвоночнику, волна страха, аж в глазах потемнело. А они ее и почуяли, добычу и смерть, прямо здесь, прямо у самых дверей Тьмы, которые я пробил своей кровью. Я изо всех сил на четвереньках чесал по крышам, переваливаясь через бортики, потом спрыгнул на крышу пониже, уже привычно саданул прикладом по окну напротив, влез, вдруг оказавшись не в магазине и не в ресторане, а в чьей-то небольшой, убого обставленной квартирке.

Замер, прислушался к «радару», безошибочно определив, что твари поблизости есть, но идут они не ко мне.

— Получи, фашист, фанату, — сказал я, усаживаясь на кровать и закрывая глаза.

Увидеть все равно ничего не смогу, зато могу слышать и чувствовать.

В рации орали, через окно доносилась густая и беспорядочная стрельба из автоматического оружия.

Лупили длинными очередями, из чего я заключил, что твари к людям близко, что там сейчас паника, потому что такого не ожидал никто. Вдохнув и выдохнув несколько раз, я все же встал и подошел ближе к окну, угловому, приоткрыв раму. Пусть и не видно ничего, но все равно — не выглядывать еще страшнее.

Пару раз рванули гранаты, хриплый же голос оставался на удивление спокойным, отдавая команды, и это, похоже, действовало: сопротивление тварям становилось все уверенней и уверенней, это было слышно даже по стрельбе.

А еще они отступали, откатываясь, насколько я понял, в сторону Федерального здания, которое доминировало над всеми окрестностями. Но потери они несли. Я слышал крики разрываемых в клочья людей, слышал инфернальный вой тварей прямо в рациях, слышал, как прерывалась связь со стрелками и кого-то не могли дозваться.

Я вновь закрыл глаза и вдруг понял, что вместо десятков «черных пятен», что я ощущал той частью своего сознания, которая породнилась с Тьмой во время прохода, теперь я чувствую считаные единицы.