Все лгут

Но это же не означало, что Казимир интересовал меня!

Однажды вечером, когда мы с Томом лежали голыми на камнях, все еще мокрые после купания, он вдруг повернулся ко мне.

– Я знаю, что ты его хочешь, – заявил он.

– О чем ты?

– Казимир, ты хочешь его. Я вижу.

– Ты совсем на голову больной?

Том схватил мое лицо рукой и сжал изо всех сил, так что мне показалось, что он вывихнет мне челюсть.

– Ай! Что ты, черт возьми, творишь?

– Если ты бросишь меня… – прошипел Том.

– Отпусти! – воскликнула я, приподнимаясь на локтях.

– Я тебя убью, просто чтоб ты знала, – закончил он.

Том ослабил хватку, хищное выражение пропало с его лица, гнев в глазах погас, уступив место коровьему взгляду.

Том засмеялся.

– Какого черта ты творишь?! – закричала я, вскакивая на ноги и пятясь от него по скользким камням.

Том молчал."

"Я внезапно поняла, что замерзла. Озноб возник из ниоткуда, заставив меня дрожать и стучать зубами. Я схватила полотенце и завернулась в него.

– Я хочу домой, – отрезала я.

– Успокойся.

– Нет, я сказала, я хочу домой.

Короткий смешок.

– Это шутка, Ясмин. Ты разве не поняла?

* * *Я не сразу рассказала папе и Марии о том, что мы с Томом стали парой. Я вообще ничего не собиралась им рассказывать, они и так чересчур перенервничали из-за той истории с Пито, но однажды папа заметил нас с Томом на лугу, который отделял усадьбу от наших дома и сада.

Когда я вошла в дом, папа сидел за кухонным столом, а Мария собиралась разбирать посудомойку. На ней тогда было надето что-то типа льняного мешка.

– Тот парень, – произнес папа. – Он твой новый приятель, да?

– Том? Ну, вроде да.

Мария замерла. Стакан, который она держала в руке, упал на пол и разлетелся на миллион осколков. Она бросила на меня беглый взгляд, опустилась на корточки и принялась собирать осколки.

– Ты встречаешься с Томом? – спросила она.

– Типа того.

– Черт побери, – выругалась она, выпустила осколки и сунула большой палец в рот.

На полу краснели маленькие капли крови.

И мне стало любопытно. Честно говоря, с тех пор я так и не смогла ответить для себя на этот вопрос – она разозлилась из-за пореза или из-за того, что мы с Томом стали парой?

Тем же вечером я слышала, как они нас обсуждали. Я стояла в прихожей, а они не знали, что я там. Папа и Мария сидели в кухне – не помню уже, чем они там занимались, зато помню, о чем шла речь.

Папа на своем дебильном чурекском наречии:

– Она хороший парень, этот Том, да?

– Он замечательный молодой человек.

– Так проблема нет, да?

Прежде чем Мария ответила, возникла пауза.

– Не знаю. Просто они такие разные.

Звон бокалов, бульканье льющегося из бутылки вина.

Я на цыпочках поднялась наверх, не в силах дальше это слушать.

Ясно, что она считала меня недостойной Тома.