Всего дороже

Это был долгий и трудный день, к тому же все страдали от недосыпания. Когда на землю опустились сумерки, караван остановился на берегу Шугар-Крик на привал, Полли помогла Джареду разгрести снег, и они развели костер. Потом путешественники погрелись у огня и поели, а после снова забрались в фургоны, и, укрывшись одеялами, расположились на ночлег.

Том Марриот и Джосая Коули задержались у костра. Том спросил:

— Мы можем остаться тут на некоторое время, чтобы женщины хорошенько отдохнули?

Джосая замотал седой головой:

— Том, это бессмысленно. Нам надо продолжать путь. Завтра направимся в Ричардсон-Пойнт, поедем вдоль реки Фокс.

К ним подошла сестра Лайман. Чувствовалось, что дорога сильно вымотала ее, и она держится из последних сил.

— Брат Коули, на моей повозке разболталась ось. Я целый час пытаюсь исправить ее сама, но у меня ничего не получается. И руки замерзли.

Полли поспешила к ней и с ужасом увидела, что руки сестры Лайман побелели и распухли.

— Не надо было вам этим заниматься! Завтра вы не сможете держать поводья!

Она быстро увела сестру Лайман в фургон Марриотов и принялась энергично растирать ей ладони. Сестра Лайман стиснула зубы, морщась от боли.

— Осторожно! — послышался крик Тома Марриота.

Раздался ужасающий скрип и громкий крик. Люси Марриот, прижимая к груди одеяло, выглянула из фургона и всмотрелась в темноту.

— Что случилось? С тобой все в порядке?"

"Полли выпустила руки сестры Лайман, спрыгнула на землю и вместе с Джаредом побежала туда, где стоял фургон сестры Лайман, накренившийся под неестественным углом.

Брат Коули лежал на снегу, держась за свое плечо, и стонал от боли. Том Марриот тяжело дышал, из последних сил удерживая фургон на весу, чтобы не придавить Коули.

Как только тот выбрался из-под фургона, Джаред быстро распахнул его пальто и ощупал плечо и руки.

— Рука сломана, — мрачно сказал он. — Помогите отнести его под навес. — И повернувшись к Полли, спросил: — Ты сможешь наложить ему шину?

Полли кивнула. Она умела вправлять сломанные кости, но ей еще не приходилось это делать в таких ужасных условиях. Когда на сломанную руку была наложена шина, шел уже третий час утра, и Полли едва держалась на ногах от усталости и холода.

— Кто же нас повезет? — прошептала сестра Коули, беспомощно глядя то на Тома, то на Джареда. — Я не могу управляться с упряжкой волов.

Том вздохнул. Из всех женщин, которые могли бы остаться без помощи здорового мужчины, сестра Коули была самой уязвимой. Она была горожанкой, и жизнь на ферме никогда не давалась ей легко. Она до сих пор не умела делать многое из того, что запросто делали четырнадцатилетние девочки. Том похлопал ее по плечу.

— Я вас повезу. А теперь нам всем надо немного поспать, впереди нас ждет нелегкий день.