За короля и отечество

Что же до эмблем на щитах… Меч, вонзенный в камень, изрядно потряс его. Интересно, подумал он, насколько этот образ связан с легендами о короле Артуре?

Арториус, дукс беллорум, во главе сарматских катафрактов?..

Когда Арториус был еще совсем молод, беззвучно пояснил Анцелотис, когда ему не исполнилось еще и семнадцати, но он уже выказывал задатки мудрого и удачливого военачальника, он убедил сарматов Гододдина отказаться наконец от своих языческих идолов и принять христианство. Тогда и начали они отзываться о нем как о муже, который выдернул сарматский меч из священного камня, настоящем боевом вожде, который заменил многовековую святыню их племени новым богом и новыми обрядами поклонения.

Еще они говорят, что он единственный из смертных достоин пить из их священной чаши — достаточно схожей с нашим, христианским Граалем, так что им не так уж и сложно было принять нового бога Арториуса. Ну и еще, конечно, не повредило и то, что Утэр Пендрагон был их племени…

Стирлинг зажмурился. Стоит ли удивляться, что Арториус похож скорее на евразийца, чем на бритта?

О да, согласился Анцелотис, он из них, и они знают это.

В бою под его командой они идут на такое, о чем даже не думали бы, отдавай приказы, скажем, мой брат, король Лот. Эти люди пойдут за Арториусом куда угодно, а если потребуется, с радостью умрут за него. В их глазах он король королей, такой король, каким мне не стать никогда, — больше, чем дукс беллорум бриттов; больше, чем их командир. Они отдали ему на сохранение свои бесценные души, и он ни разу не обманывал их доверия.

И не обманет, ошеломленно подумал Стирлинг. Артур, царь кочевников-сарматов… То-то порадовались бы историки, узнай они происхождение легенды о мече в камне…"

"Он внимательнее пригляделся к самим всадникам.

Одеяния кавалеристов не уступали пестротой их национальной принадлежности. Большинство щеголяли шлемами, в том числе еще римских времен — напоминавшими надетую задом наперед бейсбольную кепку с защитными металлическими пластинами у щек по бокам. Встречались также шлемы, представлявшие собой кельтскую вариацию на эту же тему, — с заостренными, напоминавшими козьи рога металлическими выступами. Довольно много шлемов и того, и другого видов украшалось перьями, с которыми владельцы их казались выше и свирепее.

Почти все катафракты были одеты в плотно облегающие шерстяные штаны в яркую шашку или клетку, перетянутые на лодыжках шнурками поверх высоких кожаных башмаков. Одни нарядились в шкуры диких животных, другие в тканые или кожаные куртки, поверх которых надевались римские панцири или кольчуги — угрожающе поблескивавших на солнце панцирей было больше.