За Тихим Доном (СИ)

— Пирог? — смотрит в окно на уходящую Юлю.

— Да. Подкармливают тебя тут, — бросаю всё и обнимаю его.

Он ставит пакеты на стол и прижимает к себе.

— Она влюблена в тебя. Это и слепой разглядит.

— Маленькая она ещё, — целует в шею.

— Для тебя — может быть. Но у неё сейчас возраст, когда гормоны бурлят. А ты для неё герой.

— Забудь про неё, — прикусывает мочку уха. — Я девушками её возраста не интересуюсь.

— А какими интересуешься? — в шутку пихаю его.

— У меня только одна на уме. И она сейчас в моих объятьях, — приподнимает и идёт в сторону спальни.

— Шолохов, ты ненасытный. У нас уже сегодня было два раза, — смеюсь.

— Бог троицу любит...

* * *Ромка на кровати звёздочкой. Я сверху. Пальчиком рисую узоры на его спине. Каждый раз, когда касаюсь шеи, он сокращается.

— Перестань! — глажу ему ёжик волос на затылке. — Щекотно... Мурашки до пяток...

— Терпи, — целую в то самое место.

— Маша... Брр...

Смеюсь и скатываюсь с него.

— Надеюсь, здесь есть что-то наподобие душа?

— Да, в саду. Летний...

Переворачивается на спину.

— Вместе? — играет бровями.

— Э, нет. С тобой там места будет мало. Соседки и так косятся через забор.

— И пусть. Нам-то что?

— Шолохов, я не привыкла жить напоказ. Мне интим нужен, — стягиваю простынь и заворачиваюсь.

— Я тебе его готов круглосуточно обеспечивать, — похабненько шутит.

Цокаю.

— Я не об этом...

— Да, понял я, — откидывается снова на подушки и закрывает глаза.

Беру чистую одежду и полотенце с шампунем.

Выходя из дома, натыкаюсь глазами на смотрящего на меня из-за забора соседа. Он скользит взглядом по мне, рисуя в голове картинку о том, почему я в простыне средь бела дня. Лыбится.

Вот! Я про это, Шолохов.

— Добрый день! — и сбегаю в душ.

Оборачиваюсь.

На крыльце Рома пилит взглядом таращащегося на меня соседа."

"— Привет, дядь Борь! — громко, чтобы тот точно услышал.

— О, Роман! А я думаю — кто заселился?.. — переводит на него взгляд.

Усмехаюсь.

Ага, поди, уже всё село в курсе, один ты нет.

Летний душ — это что-то вроде маленького сарайчика, сбитого из досок, с бочкой на крыше.

Вода прохладная, но в такую жару — самое то. Струйки без напора стекают по коже, охлаждая и взбадривая.

Накидываю шёлковый халат прямо на голое тело. Он сразу прилипает, подчёркивая все прелести фигуры.

Если дядя Боря всё ещё крутится у забора, то сейчас для него будет шок-контент.

Но его нет. Фух... Испугался Шолохова. А тот сидит на ступеньке порога и крутит в зубах травинку.

От его спокойствия и умиротворения даже не по себе. Куда делся агрессивный взбалмошный мальчишка?

Надел маску. В ситуации, когда нужно будет показать весь свой буйный характер, он появится. А пока словил дзен.

Хочу пройти мимо, но он ловит меня за руку и усаживает себе на колени.

— Ром! — стыдливо поправляю полы халата.