Желанная

По договору с тойоном Освальдом внук будет гостить у него, пока мы не разберемся с проблемами и не найдем виновного в покушении на ребенка.

Я поблагодарила Тора за заботу об Иваре. На что муж ответил:

— Он не только твой сын, но и мой. Ради твоей жизни и ради самого Ивара я никогда не признаю его своим, но это не мешает мне любить мальчика.

Ради моей жизни… я вздохнула. Ивар не узнает, кто его настоящий отец. Но они с Тором хотя бы будут жить в мире и согласии.

Расставание с сыном далось тяжело, но я успокаивала себя тем, что еду бороться за его будущее. Это немного примиряло с разлукой.

"

"— Скоро мы снова будем вместе, сынок, — пообещала напоследок Ивару. — А пока слушайся дедушку, и будь хорошим мальчиком.

Я крепко обняла сына, а после осыпала его лицо поцелуями. Как ни старалась, слезы сдержать не удалось.

— Не плачь, мама, — сказал малыш. — Я тебя люблю.

— И я тебя, — всхлипнула. — Больше всего на свете.

С трудом разжав объятия, я передала Ивара дедушке. Покидая крепость, постоянно оборачивалась и махала сыну рукой, пока различала его фигурку. Впервые с момента попадания в новый мир разлучилась с ребенком.

Не подозревала, что будет так плохо. От меня будто оторвали кусок. Успокаивало только то, что это не навсегда.

Мы пустились в обратный путь. Всаднику достаточно недели, чтобы от крепости Леннарт добраться до крепости Арвид, но с нами шли наемники, тянулись телеги с продуктами и вооружением, а потому мы передвигались медленно, за ту самую неделю преодолев лишь две трети пути.

Каждую ночь караван останавливался на ночлег. Мы с Тором спали в крытой телеге — этакий средневековый дом на колесах. И все время повторялось одно и то же: я уговаривала мужа отпустить меня в крепость, а он отказывался.

Не стала исключением и эта ночь.

— Послушай, — поглаживала я плечо лежащего рядом мужчины, — мы передвигаемся слишком медленно. К тому моменту, когда мы, наконец, достигнем цели, Давен уже будет тойоном.

— Одну я тебя не отпущу, — Тор твердил это, как заведенный.

Я вздохнула. Попробую зайти с другой стороны.

— Не отпускай, — согласилась. — Отправь со мной кого-нибудь из воинов. Хоть Никласа.

Тор поморщился. Только ревности сейчас не хватало! Я назвала Никласа по простой причине — он единственный с кем нашла общий язык.

Другие наемники меня откровенно пугали.

— Ты ведь не откажешься от своей затеи, — Тор приподнялся на локте, заглядывая мне в лицо. — Если я продолжу запрещать, ты сбежишь.

Это было утверждение. Мужчина неплохо меня изучил.

— Я уже написала тебе письмо, — призналась.

— Опять письмо. Что за любовь к эпистолярному жанру? — фыркнул муж.

Это был риторический вопрос, и я промолчала.

— Но ты не ошиблась, — добавил Тор, — нам и правда не помешает ускориться.