1941. Время кровавых псов

Капитан пожал плечами и поморщился от боли:

– У нас нет времени.

– Нужно похоронить, – упрямо повторил военинженер. – Что мы – не люди?

– Нет, – спокойно сказал Сличенко. – Мы не люди. Мы – орудие мести. И у нас нет времени на сантименты и прочие ритуалы. Нам нужно успеть замаскировать машины, пока самолеты их не засекли. Нам нельзя рисковать…

Егоров посмотрел на тела убитых, перевел взгляд на небо.

– Что нужно сделать? – спросил Егоров.

– Нужно загнать машины под деревья, нарубить или наломать веток, набросать на капоты… И все это вам придется сделать одному.

– А вы?

– А я попытаюсь оттащить тела куда-нибудь в сторонку, чтобы воронье не налетело и не… – Сличенко потер правой рукой лоб. – Не демаскировало это место… Приступаем…

Капитан переступил через свой автомат, лежавший на прошлогодних листьях, и подошел к телам, наклонился, ухватил лейтенанта за ремень на спине и потащил к деревьям. Мертвое тело согнулось, руки и ноги тащились по земле, как тряпичные.

Егоров отвернулся, снял зачем-то фуражку, потом снова надел ее и пошел к машине.

Капитан тела оттаскивал недалеко, оказалось, что в пяти метрах от машин есть неглубокая промоина.

Туда Сличенко и сбрасывал трупы.

Егоров по очереди отогнал грузовики, нарубил саперной лопаткой, найденной под сиденьем, ветки с кустарника, уложил их на капоты машин, а Сличенко все еще перетаскивал убитых. Ему было тяжело – одной рукой, с кровоточащей повязкой на левом плече, но он не попросил помощи и даже не посмотрел на Егорова. Тащил, останавливался, чтобы передохнуть и дать возможность темноте перед глазами рассеяться, и снова хватался за ремень убитого.

Когда оказалось, что Егоров тащит мертвеца вместе с ним, Сличенко ничего не сказал и не поблагодарил.

– Нужно было документы у них собрать, – сказал Егоров, когда они сбросили в промоину последний труп.

– Хотите, я туда и свои документы брошу? – Сличенко прислонился спиной к дереву и вытер ладонью со лба пот. – Нам не нужны имена…

– Но их родственникам…

– А кто передаст весточку родственникам? – Сличенко дышал хрипло и часто. – Я? Я не планирую выжить в этой операции… И, боюсь, не могу гарантировать выживание и вам… Если, конечно, вы прямо сейчас все не бросите и не уйдете…

– И вы меня отпустите?

– Я могу и промазать… – Сличенко посмотрел в глаза военинженеру и подмигнул.

 – Вполне могу промазать, если вы пойдете прямо сейчас, быстро и по возможности часто меняя направление движения… У меня, если честно, руки трясутся и в глазах легкое двоение… Вы вполне можете усколь…

Сличенко съехал спиной по стволу дерева, глаза закатились, а тело стало заваливаться в сторону, на раненое плечо. Егоров подхватил капитана и осторожно уложил его на землю.