1984, Торговец забвением

Действие наркоза стало проходить, и проклятую руку жгло точно огнем. Я громко ругался, говорил жуткие непристойности, удивляясь, что способен произносить подобные вещи, пусть даже наедине с самим собой. Удивляясь, как такое только в голову может прийти…

Вошел в дом. Мельком отметил тот факт, что вот уже второе воскресенье подряд вхожу в дом в одежде, запачканной кровью.

Эмма, ради всего святого, помоги же мне!… Я шел через пустые комнаты и не то чтобы искал ее, нет. Я прекрасно знал, что ее здесь нет, но меня так и раздирало отчаянное желание поделиться хоть с кем-нибудь, найти человека, который бы обнял меня, успокоил и любил, как могла любить только она.

Я включил все имевшиеся в доме лампы, наглотался аспирина и уселся в свое любимое кресло в гостиной. И сказал себе: заткнись и успокойся. Тебя ограбили… Ну и что с того? Ты боролся и проиграл… ну и что с того? Тебя ранили в руку… подумаешь, великое дело! О, Эмма, любовь моя… милая моя… помоги же мне, помоги!…

Хватит, возьми себя в руки, придурок!

Выключи свет. Ступай в постель. Спи.

Всю ночь рука немилосердно ныла.

Наступивший день, понедельник, вполне соответствовал моему восприятию мира: томительный, серый, лишенный какого-либо проблеска света или надежды.

Я с трудом оделся, кое-как побрился, сварил себе кофе, изо всех сил стараясь побороть искушение вернуться в постель и отключиться снова. Понедельники всегда выдаются тяжелыми. Кажется, что впереди ждут одни неприятности, манят, затягивают тебя, точно холодное болото.

Я сунул в карман пузырек с аспирином. Одиннадцать незаживших ранок давали о себе знать. Я никак не мог понять, какая из них зудит больше, по всей остальной коже на руке расползались синяки различных размеров и форм.

Размножаются, словно микробы, подумал я. Черт бы их взял…

Я поехал в лавку и запарковался во дворе. Машина Джерарда стояла наискосок, на том же месте, где он тогда остановился, ударив по тормозам. Когда увидел нацеленный прямо ему в голову дробовик. Ключей в замке зажигания не было, и я никак не мог вспомнить, кто же их взял. Еще одна проблема, решение которой придется отложить на неопределенный срок."

"Я завернул за угол и увидел перед входом в лавку полицейский автомобиль.

А в нем - сержанта Рид-жера. Завидев меня, он вышел из машины - каждая складочка, пуговка и волосок на месте, как всегда. Стоял и ждал, пока я не подойду.

- Как самочувствие? - спросил он и откашлялся- - Я… э-э… очень сочувствую.

Я выдавил слабую улыбку. Сержант Риджер день ото дня становился все человечнее. Я отпер дверь. Мы вошли, и я запер ее изнутри. Затем прошел в контору, где занялся почтой, а он расхаживал по помещению с блокнотом и что-то записывал.