Обнаженный любовник

Это был дерьмовый седан с множеством ржавых шнурков на покрышках. Из него вышел пожилой мужчина в комбинезоне, его взлохмаченная борода и коротко стриженые волосы были седыми, лицо испещрено морщинами. Он закурил и уставился на трейлер.

Папа Дэйва. Должно быть. У них было такое же строение костей, и опять же судя по его взгляду на трейлер? Он словно ожидал обнаружить внутри нечто подобное.

Неожиданная грусть охватила сердце Балза.

И воров нужно оплакивать, — подумал он, дематериализуясь. — Даже если их жизни ни хрена не стоят.

***"

"В доме Лукаса, Нэйт вошел в спальню, что находилась в юго-западном крыле фермерского дома.

Там, прислонившись к стене, стояли большие картонные коробки, свернутый ковер и два матраса, сложенные посередине — не совсем уютно и привлекательно. Но когда он подошел к окну, ему открылся красивый вид на большой клен на лужайке перед домом.

— Если ты поставишь кровать у этой стены, — он указал на самый длинный участок в комнате, — то сможешь смотреть на него лежа.

Когда ответа не последовало, он оглянулся через плечо. Илин стояла в ванной, прильнув к зеркалу, она смотрела на себя и как будто не узнавала отражение… или, может быть, словно не знала, где находится, и пыталась сосредоточиться на своих чертах.

Нэйт подошел к ней. Снизу доносилась какофония из шагов, голоса и смеха. И запах свежеиспеченного печенья «Toll House». Он хотел бы принести эту жизнь сюда, к Илин.

Ее серебряный взгляд встретился с его отражением в зеркале. Она ничего не сказала, но и не должна была. Нэйт точно знал, о чем она думала.

Он прокашлялся.

— Знаешь, самым сложным для меня, когда я выбрался, было поверить, что я не вернусь.

Что я действительно оказался на свободе. Казалось, что в любой момент меня утянет обратно. Я не верил в реальность происходящего.

Илин повернулась к нему, ее глаза округлились.

— Где тебя держали?

— Там, где я не хотел находиться. — Ему пришлось отвернуться. — Неважно где. Я просто знаю, как тебе сейчас тяжело. Но будет лучше, я обещаю.

Когда ему удалось встретиться с ней взглядом, он понадеялся, что Илин откроется и расскажет ему о своей истории, хотя он боялся деталей.

— Теперь ты в безопасности? — прошептала она.

Он кивнул.

— Да. И ты тоже.

Она снова повернулась к зеркалу.

— Я потерялась. Я думала… Я буду свободна, но я потерялась.

— Знаю, и мне очень жаль. Я был там, где ты, и это отстой.

— Расскажи мне.

— Я, э-э, я… не могу. — Он не станет расклеиваться перед ней. И почему разговор о лаборатории мог заставить его почувствовать себя более голым, чем реальное обнажение. — Хотел бы, но не могу.

Илин глубоко вздохнула. Затем потянулась через пространство между ними и взяла его за руку.