Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20
Настоящий том содержит в себе произведения разных авторов посвящённые работе органов госбезопасности, разведки и милиции СССР в разное время исторической действительности.Содержание:1. Евгения Владимировна Леваковская: Нейтральной полосы нет 2. Георгий Александрович Лосьев: Рассказы народного следователя 3. Рудольф Рудольфович Лускач: Завещание таежного охотника (Перевод: Л. Якубович)4. Николай Семенович Лучинин: Будни прокурора 5. Владимир Александрович Мазур: Граница у трапа 6. Артур Сергеевич Макаров: Аукцион начнется вовремя 7. Артур Сергеевич Макаров: Ночной хищник 8. Борис Тихонович Мариан: Ночной звонок 9. Валентин Сергеевич Маслюков: Детский сад 10. Леонид Михайлович Медведовский: Третья версия 11. Виталий Григорьевич Мелентьев: Сухая ветка сирени 12. Иван Александрович Менджерицкий: По методу профессора Лозанова 13. Валерий Сергеевич Меньшиков: Цветы на асфальте 14. Игорь Александрович Минутко: Двенадцатый двор 15. Пантелей Георгиевич Михайлов: Операция «Сокол» 16. Андрей Алексеевич Молчанов: Кто ответит? 17. Владимир Алексеевич Монастырев: Свидетель защиты 18. Николай Москвин: Два долгих дня 19. Татьяна Викторовна Моспан: Сезон для самоубийства 20. Лев Вениаминович Никулин: Высшая мера
"
"– Отдавай! По-хорошему говорим!
– Слушайся мира, гражданин!
– Все одно: возьмем сами!
– Мокро место оставим… Разнесем ваши ухоронки!
Сквозь толпу пробился прибежавший Тихомиров. Обещанием «лично» проследить за Федькиной судьбой, горячими словами унял разгоравшиеся самосудные страсти, но мне шепнул:
– Поскорей отправляй его в район! Ночью выкрадут из каталажки и пришибут!
Прибыльцов запрягал коня Я заканчивал предварительный допрос избача, когда в сельсовет вбежал тяжело дышавший Дьяконов.
Выхватив из-за пазухи маузер, он бросился к Поливанову.
– Где дядя спрятан?! В какой комнате? Быстро, гадина!
Глуповато улыбавшийся Федька помертвел и повалился Дьяконову в ноги…
– Ой, не стреляйте! Ой, все скажу, все… Он меня заставил, убить грозился!.
– Где Захар?
Федька закрыл лицо рукавом, трусливо пополз к углу и вдруг заговорил быстро, быстро:
– В кухне дядя Захар, Виктор Палыч, в кухне, один он, Виктор Палыч поспешайте, Виктор Палыч, завтра уходить собирался, Виктор Палыч…
– Скорей! – крикнул мне Виктор. – Прибыльцов! Оставайся здесь с этой тварью! Если полезут – стреляй! Разрешаю!
Мы вскочили в приготовленную упряжку.
От избы-читальни к нам бежал человек с берданкой. Я выхватил пистолет, но Дьяконов, круто осадив коня, крикнул мне:
– Свой, не стреляй! Здесь он, Климов!
Человек с берданкой бросился к дверям дома.
– За мной, Гоша! Климов – на пост!.
И, соскочив с санок, исчез в пустоте дверей…
Мы пробежали длинный полутемный коридор и очутились в просторной кухне купеческого дома с плитой, по-городскому выложенной кафелем.
В кухне была вторая дверь, вероятно, ведущая в комнату кухарки.
– Открывай, Сизых! – Дьяконов ударил в дверь ногой. – Открывай! Я – Дьяконов!.. Слышишь! Виктор Дьяконов!
За дверью опрокинулся табурет. Хриплый голос спокойно ответил:
– Сейчас… Держи, сволочь!
Дьяконов успел толкнуть меня за печной выступ и сам отскочил за дверной косяк. Выстрел крупнокалиберного револьвера выбил щепу из филенки, пуля щелкнула в плиту и, разметав кафельные брызги, визжа волчком завертелась на полу.
– Не дури. Захар! – тоже спокойно, даже миролюбиво произнес Виктор Павлович.
Из комнаты грянули два выстрела подряд. Пули защелкали по плите, выбивая осколки кафеля и кирпичную пыль.
Дьяконов, пригнувшись, перебежал ко мне. Жарко дыша, зашептал:
– Не сдастся! Нужно бы его живьем, да не таковский! Придется подавить огнем! Стреляй через дверь. Вполроста и вниз, по углам комнаты!
Пистолеты затопили кухню нестерпимым грохотом.
Полуоглохшие, мы услышали все же дикий рев боли и ярости, свирепую матерщину из разных углов комнаты.

















