Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Внимание Лаврова привлекла скромно стоявшая в углу коридора пара: мужчина лет тридцати и совсем молоденькая женщина с ребенком на руках. Открытое и простое лицо мужчины было обветрено и, несмотря на раннюю весну, покрыто темным загаром: очевидно, он работал на открытом воздухе.

Женщина была светловолосая, маленькая, тоненькая, как девушка, и только глаза ее с тревогой и нежностью глядевшие на ребенка, говорили о том, что она — мать.

«Какая-нибудь семейная драма», — почувствовал Лавров, проходя в кабинет.

— Разрешите, товарищ прокурор? — вслед за ним заглянул в дверь смуглолицый парень.

— Да, пожалуйста. Садитесь. — Лавров внимательно посмотрел на вошедшего и вдруг ему показалось, что он уже видел где-то это лицо.

Когда посетитель назвал свою фамилию, Лавров припомнил: недавно в газете был напечатан портрет лучшего каменщика городской строительной организации. Кажется, это он…

— Я вас немного знаю, по портрету, — улыбнувшись, сказал Лавров, — только вот фамилии не запомнил.

— Лазарев. Такое дело у нас, товарищ прокурор… Семейное… Живем три года, сын есть, а вроде как все это незаконно… Главное, сын… На лбу Лазарева выступил пот, загорелое лицо покраснело, видно было, что он волнуется и ему трудно говорить.

— Можно, я жену позову? — неожиданно спросил он. — Мы вдвоем пришли. Может, я что забуду или не так скажу, так она добавит. Серьезный разговор у нас.

— Пожалуйста…

Лазарев быстро подошел к двери и, открыв ее, сказал:

— Галя, зайди.

Когда оба они сели, Лазарев, все так же волнуясь, рассказал историю своих семейных отношений.

Еще в конце отечественной войны он «заочно», по письмам, познакомился с девушкой Надей. Она, судя по фотографиям, была хороша собой, умела писать ласковые и красивые письма.

Этого оказалось достаточно, чтобы сержант Лазарев счел себя бесповоротно влюбленным. А десятидневный отпуск, во время которого Лазарев успел съездить к своей любимой, окончательно укрепил его чувство.

Вскоре закончилась война, Лазарев демобилизовался и поехал к Наде, а через десять дней они уже сыграли свадьбу. Именно «сыграли», потому что к тому времени невеста была уже больше двух месяцев беременна… Обман открылся только через два года, когда Николай случайно обнаружил у своей жены письма настоящего отца ребенка.

До сих пор он знал, что девочка родилась на седьмом месяце, — это внушила ему жена. Но письма раскрыли Николаю глаза на ее поведение.

Николай не стал даже объясняться. В тот же вечер он ушел из дома, оставив на столе прочитанные письма и нежно расцеловав девочку, которую очень любил."

"А через полтора года Николай женился на учительнице соседней школы, милой и скромной девушке. Но не успела утихнуть старая боль, как в семейной жизни Николая вновь разыгралась трагедия.