Бермудский треугольник черной вдовы

Приблизилась… И что я увидела, а? Тебя! С кем? Ха-ха! Откуда я имя мужчины знаю? Ты его так сладострастно повторял: «Ираклий, Ираклий…» Вы на топчане устроились, спиной ко входу оба. Я быстро ушла, а господа любовники так увлеклись, что ничего вокруг не замечали. Почему ты молчишь? Не бойся, я никому ни слова не скажу, но только если выполнишь мою просьбу. Если откажешься, о вашем досуге с Ираклием народ узнает, Надежде первой доложу. Тебе сколько лет?

– В октябре шестнадцать исполнится, – чуть слышно ответил Володя.

– Несовершеннолетний, – констатировала старшая Лазарева. – Ираклия посадят, если я в милицию обращусь.

– Все сделаю, что хотите, – выпалил Сачков, – только не выдавайте нас.

– Отлично! Но нужен результат. Если сегодня не получится, предпримешь другую попытку, третью, пятую, двадцатую, сотую. Понял?

– Так нельзя.

– Что? Забыл про Ираклия?

– Нельзя кирпич кинуть, как вы велите.

– Почему?

– В движущуюся цель можно не попасть. Промахнусь раз, второй, Гена всем расскажет, что в него кто-то камнями постоянно швыряется. Люди неладное заподозрят. Нужно так сделать, чтобы никто не сомневался. Вот смотрите.

– Что это?

– Книга.

– Вижу, что не ведро! – рявкнула Евгения Федоровна. – Зачем мне она? Какой-то Андрей Брунов.

– Он детективы писал давно, еще до моего рождения, – пояснил Володя, – мне Толя почитать дал…

– И что? – перебила Евгения.

Послышался шорох перелистываемых страниц.

– Вот здесь, – сказал Володя, – второй абзац.

Стало тихо, потом старшая Лазарева поинтересовалась:

– Это сработает?

– Наверное.

– Ответ не подходит, надо точно.

– В книге же написано. И это лучше, чем кирпич. Но у меня ничего нужного нет.

– А где это взять можно?

– Ну… не знаю… в магазине… или на стройке… или, может… у Толи Паскина в сарае всякого барахла навалом лежит. Его мать все в дом тащит.

– Отлично! Иди к Анатолию. А я съезжу в Конаково, – решила Евгения. – Все. Завтра в три часа он покатит по дорожке над оврагом. Тебе надо прийти заранее… Там, где тропинка делает крутой поворот, – лучшее место.

– Понял, – буркнул Сачков…

Вера замолчала и опустила подбородок на грудь.

– Дальше, – потребовал Алексей, – вещай.

Лазарева обхватила себя руками.

– Холодно, как у вас холодно!

– Сейчас принесу плед, – пообещала Тоня и ушла.

– Я была не такой уж наивной в четырнадцать лет, у отца Толи Паскина видик был, Толька нам, когда дома один оставался, кино показывал, порнуху, – продолжала Вера. – Я поняла, чем занимались в саду Ираклий и Володя. Меня это шокировало. А еще мне захотелось узнать, что мама велела сделать Сачкову.

Лазарева умолкла.

– Вы поехали заранее на тропинку над оврагом, где она делает резкий поворот? – предположила я.