Бывший папа. Любовь не лечится

Если потребуется, отвоюю свою кровинку, зубами выгрызу право быть ее матерью. Кажется, Евгения Климовна видит это в моих глазах, считывает с лица… и поэтому даже не приближается и не рискует забрать ту, кого два года принимала за свою внучку.

- Так называемый отец отказался от нее, - глухо проговаривает она после мучительной паузы. Каждое слово дается ей с трудом. – Мою дочь тоже звали Ангелиной, в честь нее я и назвала малышку, - с грустью смотрит на девочку, любовно обнявшую меня, но не трогает и не пытается ее отнять. Даже не приближается. Словно больше не имеет на это права.

– Так вот они не были расписаны. Жили, как сейчас модно, в свободном браке. Гражданский муж приехал после смерти Лины, взглянул на новорожденную и сразу отрезал: «Это не мой ребенок». После он ушел и больше не появлялся в нашей жизни. Я списала его реакцию на страх перед ответственностью. Решила, что поджал хвост и сбежал от младенца, к тому же, с проблемами здоровья. Ей с рождения задержку развития ставили и еще кучу всего, - вытирает нос влажной салфеткой, всхлипывает. И я плачу одновременно с ней, не силах сдерживать эмоции. - Конечно, кому нужен такой груз? Медсестры причитали, что это крест на всю жизнь, а я все равно забрала ее. Кому она еще нужна, если не мне? К тому же, почти все диагнозы, которые ей налепили в детском отделении, не подтвердились. Последний вы с Егором Натановичем отменили, - поднимает благодарный взгляд на Назара, а потом, встрепенувшись, отводит его в сторону и хмурится.

- Спасибо вам за все, - сипло выдавливаю из себя. – Если бы не вы, Ангелине было бы очень сложно. Благодаря вашим стараниям, доброте и неравнодушии она росла и развивалась, догоняя сверстников.

Мы до конца дней в неоплатном долгу перед вами.

Целую дочку в макушку, а Назар успокаивающе приобнимает меня за плечи.

- Чем старше Ангелина становилась, тем чаще я ловила себя на мысли, что она ни на кого не похожа, - продолжает откровенничать Евгения Климовна, нежно поглядывая на девочку. Словно прощается с ней. Навсегда. – Ни на дочку мою, ни на ее парня, ни на кого-либо из членов нашей семьи. Знаете, я впервые увидела у нее такой необычный цвет глаз. Как будто яркое желтое солнце окунули в жидкий янтарь, - улыбается сквозь слезы.

– У Назара Егоровича такие же, - косится на моего невнимательного мужа, который молча внимает каждому слову. Лишь желваки ходят на скулах. – Ангелина у вас в отца пошла, - подводит итог бабушка и, сорвавшись, прячет лицо в ладонях. Содрогается в рыданиях."

"Богданов молниеносно поднимается с места и оказывается рядом с ней. Берет за руку, нащупывая пульс. Сжимает запястье, проверяя частоту и ритм.

- Успокойтесь, Евгения Климовна, - строго говорит ей, будто это так просто. Сам недавно себя до приступа довел.