Домовой

Эти толпы наглых смертных «женишков» изрядно выбешивали меня, но приходилось терпеть их тупые шуточки и сальные взгляды, коими придурки пытались очаровать Марго.

Она же, святая простота, радовалась, как ребенок, когда ей за заговоры стали носить продукты и медяки с серебрушками. Варга в былые времена брала только золотом, да девственной кровью молодых девиц, а эта корзине яиц не нарадуется.

Хотел сначала разъяснить ей, что к чему, но…не смог.

Слишком уж радовалась она каждому клиенту. Улыбка озаряла ее милое личико и в такие моменты она переставала грустить о своем доме.

И эта ее солнечная, задорная улыбка как-то странно на меня действовала.

Я забывал про то, что хотел прогнать поганой метлой очередного забулдыгу и зависал на этих очаровательных ямочках на щеках. Сердце, оказалось оно все же есть, начинало странно щемить, а из головы вылетали все мысли кроме одной. И она бы точно не понравилась ведьме.

Дошло даже до того, что вожделенная свобода отошла как-то на второй план.

Кот, глядя на меня, тихо ржет в усы и, скотина, демонстративно ластится к хозяйке. А она его и рада наглаживать.

Гляжу на то, как он мурчит у нее на руках и мечтаю оказаться на его месте. Чтобы тонкие, нежные пальчики вот так же перебирали мои вечно взлохмаченные волосы, гладили, целовали…

Клянусь, эта мука похлеще заточения.

Может, я уже схожу с ума?

Самое неприятное то, что Марго в упор не видит во мне мужчину.

И так и сяк разглядывал свою заросшую физиономию в кадке с водой. Изменился, конечно, но на столько, чтобы, какая-то ведьма нос воротила? В былые времена самые родовитые демоницы боролись за мое внимание. Чего уж говорить о смертных. А эта будто нарочно избегает меня.

На днях подарила мне рубашки.

Мне – презренному рабу рубашки!

Что я почувствовал в этот момент?"

"Сложно сказать. Идиотскую окрыляющую радость, невероятную злость и жгучий стыд одновременно. Кто бы мог подумать, что такое возможно?

Поблагодарил и принял ее дар, чтобы просто не видеть разочарования в глазах ведьмы. А сам потом до седьмого пота рубил дрова во дворе, чтобы выбить из себя это унизительное чувство оттого, что женщина дарит мне одежду. Потому что так не должно быть! Это я должен был задарить ее шелками и самым дорогим бархатом!

А на деле…

Могу только нарвать ромашек в поле и собрать сладкой земляники в лесу.

Собственно этим я и собирался заняться, когда услышал со стороны крыльца душераздирающий визг.

Марго…

Рисуя в голове картины одна страшнее другой, вплоть до того, что на нее напали Захаровы умертвия, рванул в сторону дома.