Домовой

Марго смотрела на меня каким-то диким, почти полубезумным взглядом. Уверен, он был отражением моего собственного, потому что, были бы мы в доме, черта с два я бы остановился!

А так…под сенью яблони…буквально в нескольких шагах от калитки…

Марго вспыхнула спичной, по цвету лица почти слившись с волосами, а меня накатило новой волной возбуждения.

Есть в этой ведьмочке вообще что-то, что может не нравиться?

- Радгар!!! – продолжай дубасить по калитке Федот.

- Надо открыть, – прохрипел я, не сводя глаз с припухших и растерзанных мною губ Марго.

- Надо…, – выдохнула она в ответ, чуть толкая в плечи.

Нехотя отстранился, отпуская ведьму и переводя дыхание.

Она бросила на меня быстрый взгляд из-под пушистых ресниц и опрометью побежала в дом, на ходу поправляя одежду.

Как придурок, смотрел ей в след и улыбался.

Никуда ты теперь от меня не денешься…моя сладкая ведьмочка…

- Радгар!

- Ну чего тебе? – недовольно посмотрел на всклокоченного, явно с перепоя Федота, – Похмелиться не дам. С Колдырем бухал – у него и спрашивай.

- Да, какое тут похмелье. Все как ветром сдуло, – выпучил глаза леший, – Там на разломе хрень какая-то происходит. Не к добру это, домовой. Ох, не к добру…

Окинул взглядом взлохмаченного Федота. Он обычно такими вещами не шутит.

Больше слушать не стал.

Залетел в дом, но Марго там не обнаружилась. И правильно. Нечего ее пока тревожить. Сам схожу и посмотрю, что происходит. Моя рыжая ведьма такая впечатлительная…

Рубаха, ведьмины обереги и острый клинок – мои главные спутники. Да еще и Федот, возбужденно показывающий дорогу к аномалии."

"Уже на подступе к разлому, продираясь сквозь заросли дикого можжевельника, я заметил алое свечение.

- Видал! Да? Еще вчера такого не было. И зверье странно себя ведет, – возбужденно рассказывает Федот, едва поспевая за мной быстрым шагом, – Мелочь по норкам попряталась, а волки стаями на север подались. Чуют. Чуют они беду лютую.

Насчет беды я не знал, но зверье лесное не просто так мигрировать собралось. У них инстинкты гораздо сильнее, чем у людей и даже чем у нас демоном.

Продолжая идти по заросшим тропкам, прямиком к обрыву, я то и дело оглядывался на спотыкающегося о камни Федота. Зря я его с собой взял. Не помощник он с перепоя.

Почва под ногами быстро сменилась с обычной на каменную. Метров за пятьсот до разлома все живое вымирает. Ни травинки, ни былинки. А если и залетит птица, то падет замертво – так силен контур.

Дойдя до границы, мы с Федотом на пару замираем, с опаской присматриваясь к пульсирующему алому свечению. Оно то ярче, то слабее, словно методично и точно бьет по защите.

- Ох, не к добру это, – бормочет леший, – Надобно госпоже ведьме показать. Надобно…

- Подожди, – взмахиваю рукой, призывая Федота замолчать, и прислушиваюсь.