Дурман

 — Ира присела на стул у окна и закинула ногу на ногу, стащила у матери из-под руки кусочек огурца для салата. Сунула его в рот. — У меня другие новости. Мне работу предложили.

— В Москве? — чрезвычайно заинтересовалась Наталья Викторовна, да и брат интерес проявил, хлебнул из коробки сока и замер, навалившись на дверцу холодильника, за что получил от матери своевременный тычок, и отошёл в сторонку.

— В Москве. В журнале, вести рубрику, связанную с модой и магазинами.

— А, ну это ты можешь, — фыркнул Игорь. — Кто как не ты.

Ира глянул на него с укором.

— Ты неблагодарный свин.

Кто потратил на тебя кучу бабок? А ты хвост перед продавщицами распускал, как павлин.

— Гоша, в самом деле. — Наталья Викторовна нетерпеливо махнула на сына рукой. — Помолчи немного. — Вновь на дочь посмотрела. — Ты станешь журналистом?

— Я не думаю, что это журналистика, но предложение интересное.

— Значит, ты в Москве остаёшься? Ты решила?

— Ещё бы. Ей здесь теперь, как мёдом намазано, — в очередной раз фыркнул Игорь и с кухни наконец ушёл.

Наталья Викторовна глянула ему вслед, после чего поинтересовалась у дочери:

— Это тоже серьёзно?

— Что?

— То, о чём Гоша говорит.

И не надо меня уверять, что он выдумывает, Ира. Мы с отцом тоже не слепые. У тебя кто-то появился.

— Мама, мы с Мишей разъехались, — осторожно начала она. И тут же созналась: — Я от него уехала. Но это было осознанное решение, не мгновенное, как многие думают.

— И это даёт тебе право завести новый роман через месяц после ухода от мужа?

— Я не знаю! — Ира на самом деле разозлилась. — Не знаю, даёт мне это право или нет, но себя-то не обманешь.

Наталья Викторовна помолчала, достала большую салатную тарелку, холодильник открыла, выискивала что-то на полках, а сама обдумывала слова дочери.

А потом сказала:

— Пока тебя не было, Валя дважды звонила. Хотела с тобой поговорить.

Услышав о звонках свекрови, затосковала.

— Это нехорошо.

— Нехорошо — что? Что Миша родителям рассказал о твоём уходе? Ну, этого следовало ожидать, спустя месяц-то.

— Да, наверное. И что ты ей сказала?

— Сказала, когда ты планируешь вернуться. Так что жди звонка.

Ира лишь вздохнула, совершенно безнадёжно. Надеялась, что Валентина Александровна даст ей время обдумать предстоящий разговор, подготовить объяснения и доводы, и очень надеялась, что все они будут разумными и вескими, но свекровь позвонила уже следующим утром.

И это показалось настолько неожиданным, как снег на голову, и Ира тут же позабыла все слова, что приготовила в своё оправдание. Замерла перед окном с телефонной трубкой в руке, чувствуя, как сердце колотится, будто Валентина Александровна не за тысячи километров, а в шаге от неё стоит и своим фирменным укоряющим взглядом сверлит.