\

Раны, впрочем, не опасные. Большое пятно крови виднелось и на перевязанном плече. А это, надо полагать, отметина от стрелы, предательски пущенной в спину. Голова – тоже в повязках. Ну да, секира Арне разбила на Аскеле шлем. Такие удары не проходят бесследно.

Аскел опустился на палубу рядом с Виктором и, прислонившись спиной к мачте, слабо улыбнулся.

– Ну фы и нателали тел, Солото, – негромко проговорил хэрсил.

– Каких дел мы наделали? – осторожно поинтересовался Виктор.

Язык ворочался еле-еле. Слова из пересохшей глотки выходили с трудом. «Или сейчас Аскела следует понимать буквально, – подумал Виктор, оглядывая свои окровавленные руки.

 – Не дел, а тел? «Натетали»?»

Вместо ответа хэрсир указал на берег за кормой.

Видимо, драккар отчалил не очень давно: на берегу фьорда, по которому плыл корабль, еще виднелось селение викингов. То самое, где «нателали тел». Стейнхьер. Стохер. Впрочем, сейчас уже точно не сто. И даже не полсотни.

Над поселком поднимался густой черный дым.

* * *

Виктор присвистнул:

– Неужто наша работа?!

– Фаша, – кивнул викинг.

Он, казалось, был совсем не расстроен, а даже наоборот.

Арсел лыбился во всю пасть.

– Охренеть! – только и смог вымолвить Виктор.

– Напиток персеркероф? – с пониманием и даже вроде бы с сочувствием спросил хэрсир.

– Угу, – вздохнул Виктор. – Ладно, рассказывай, чего мы там натворили?

– Ничефо осопенноко, – продолжая улыбаться, Арсел принялся загибать пальцы. – Упили Арне. Еще шесть челофек упили. Еще фосемь или тефять сильно ранили. Еще осфопотили и фыкнали куснеца-саама.

– Выгнали? – поморщившись, перебил Виктор. – Его-то зачем?

– Не хотели, чтопы он пыл рап. Куснец поялся ухотить, но фас он поялся польше, поэтому упешал.

 – Аскел вернулся к перечислению их подвигов: – Потом фы сломали тфа окнемета. Потом сошкли полофину поселка…

– Хватит, – прикрыл глаза Виктор. – Все понятно.

Погудели они после мухоморной выпивки на славу.

Аскел, однако, продолжал говорить. Как явствовало из его дальнейшего рассказа, пострадали в основном дружинники Арне, не успевшие вовремя попрятаться. Среди воинов Аскела лишь четверо стали жертвами «рус-персеркеров», но, по счастью, отделались легкими травмами. Бойцы Аскела знали, с кем имеют дело, и старались не подставляться.

– Ф опщем скальту теперь путет о чем сочинять сфои песни, – заключил хэрсир. – Арне мертф, и скальт мошет не пояться петь прафту.

«Стохер» скрылся из виду, но дымный столб был еще хорошо различим на фоне ясного неба.

– Нас что, даже не пытались остановить? – Виктор потер ноющий откуда-то изнутри лоб.

– Кокта покип Арне, фсе распешались, – покачал головой Аскел. – Фсе поферили, что фы персеркеры. А ее, – он кивнул на Змейку, – фоопще приняли за фалькирию.