Имя ей Хель

Острая, она прошибла меня насквозь, ударила по глазам, лишая зрения. Уши заложило, ноги закололо иголками. Я махнула ножом наугад, задохнулась и выдохнула кровь. Сделала несколько шагов в никуда и упала, не почувствовав удара. Сквозь противный свист в ушах пробился далёкий, едва различимый крик.

Великая и непобедимая Хель.

Так и не успела стать великой и непобедимой.

Так и не убила Короля фейри.

Не получила своё золото.

Так и не увидела Свана.

Мир исчезал, боль исчезала, я исчезала. Возможно, мне повезёт и Нот не придёт за мной и не уведёт в пустоту. Мне повезёт, и я снова окажусь в том летнем дне. И уже никогда не покину той ярмарки. Я снова буду танцевать и смеяться, когда незнакомый мальчишка позовёт меня в жёны. Это было бы… замечательно. Это лучше, чем просто исчезнуть в пустоте.

В последние мгновения мне показалось, что надо мной склонился Хоук. Что он вложил в мои ладони кинжал и приставил остриё к своему сердцу.

– Ты должна ударить, Хель.

Я… не думаю, что я понимала, что значили его слова.

– Ты должна ударить.

Я мотнула головой, кажется, догадываясь, о чём он просил.

– Нет… Ещё… рано, – сорвалось с моих губ.

– Бей! Я умоляю тебя! – Его пальцы сжали мою холодную ладонь, направляя.

Глупый Король. Я дала ему шанс остаться в живых, а он решил умереть. Я умирала, и мне это не нравилось. Кому это может понравиться? Разве что глупому королю.

– Хель!

Я из последних сил надавила.

Клинок вошёл Хоуку в грудь по самую рукоять.

Глава 12

Птички в клетке и ветви сирени

– Судьба привела стража в замок, и сердце его билось храбро, а помыслы были чисты. И когда битва была позади, враги повержены, а Жизнь и Смерть держались за руки, Король нашёл свою Тень.

Его руки были обжигающе горячими. Мне хотелось высвободить ладонь, но я снова оказалась в ловушке своего тела.

– Ну же, Хель, вернись…

– Судьба привела стража в замок, и сердце его билось храбро, а помыслы были чисты… – снова затараторил он, прижимая свой разгорячённый лоб к моему.

Я не хотела возвращаться. Как только я подбиралась к границе тьмы, меня тут же настигала боль. Она пульсировала, билась, вытекала кровью из моих ран, сводила с ума и не исчезала, росла, захватывая меня всю. Теперь даже пустота казалась мне спасением. В ней, по крайней мере, мне больше не будет больно.

Но он меня не пускал.

Моих губ коснулось что-то горячее, мягкое и влажное. И мне почудилось, что я оказалась под мощным потоком воды. Сквозь моё тело будто пустили чистый горный поток. Он сносил всё на своём пути: мои чувства, мои мысли и мою боль. Я уменьшилась, сжалась, обращаясь в ничто перед его силой, такой громадной, пугающей и потрясающей одновременно. Грудь распирало от невозможности вместить даже малую часть этой мощи.