Красавица и ее чудовище

Последнюю сотню метров он пролетел на такой скорости, что даже Смерть, решивший сократить расстояние с помощью крыльев, тихо присвистнул сзади, поражаясь новым возможностям своего старого друга. Ринго, вцепившийся всеми коготками в его плечо, согласно крякнул и стал с интересом наблюдать за хозяином.

Резкое торможение закончилось коротким скольжением по земле. Арацельс остановился, как только понял, что врага не чешут ласково за ушком и не трутся щекой о его довольную физиономию. На девичьем лице не было маски вселенского ужаса, скорее уж легкая озабоченность, смешанная с усталостью.

Да и мягкая полуулыбка на Катиных губах плохо вписывалась в представлявшуюся ему картину. Девушке ничего не угрожало. Теперь это было очевидно. Среагировав на его громкое появление, она подняла голову и, радостно улыбнувшись, сказала:

– Ну наконец-то! – Серо-голубое животное зарычало, но тут же получило легкий щелчок по влажному носу и тихое предупреждение: – Это друг, Боргоф, мой друг, – а потом, обратившись к Арацельсу, Катерина добавила: – Ты чуть не опоздал, вампирчик.

Чуть? Мужчина осмотрелся.

Его взгляд скользнул по каменным бордюрам, по мрачному орнаменту на основаниях столбов, задержался на мертвом теле рыжеволосой красавицы, затем вновь вернулся к сидящей на ритуальной плите парочке. И после всего этого она говорит… чуть?

Катя смотрела на него, он на нее, и оба не двигались с места. Глаза Боргофа, пытавшегося не выпустить их из поля зрения, начали разъезжаться в разные стороны, а тот, который располагался на лбу, почему-то закатился вверх. Вероятно, высматривал исчезнувшее вслед за хозяином облако.

Арацельс, разрываемый противоречивыми чувствами, молчал.

Девушка тоже не делала новых попыток завязать разговор, она просто сидела на краю плиты и непринужденно болтала своими стройными ножками, будто бы и вовсе не замечая, что длинный подол платья съехал в сторону, обнажив одну ногу до середины бедра. Одна рука теребила звериное ухо, вторая не спеша перебирала серебристые лайры, а на лице застыло выражение сдержанного ожидания. Казалось, она вот-вот спросит что-нибудь типа: «Ну и?» А он… Он просто не сможет ничего ответить. Потому что в голове вместо привычного расчета полный бардак, и еще эта ее нога отвлекает внимание. И ленты, струящиеся по обнаженной коже плеча и груди… Демонова девка! Чего она ждет? Извинений? Он чуть с ума не сошел, когда связь оборвалась во второй раз, а она… цветет и пахнет в компании какой-то иномирной твари. Заветный Дар больше неактивен, и ее, похоже, это совершенно не волнует. Так почему же данный вопрос задевает его?"

"Былую радость, не говоря уже о внезапном наплыве нежности, сменило колкое раздражение.