Тьма после рассвета

Что у нас еще есть?

Ей еще несколько раз звонили из дома: муж интересовался, не нужно ли встретить ее после работы, дети по очереди спрашивали, где лежат ка­кие-то нужные им вещи и можно ли дать кому-то из друзей почитать недавно приобретенный новый сборник «Зарубежный детектив»; мать в очередной раз выговаривала за какой-то промах в ведении хозяйства. «И почему никто не считается с тем, что я на работе? — думала следователь Ермашова. — Никому не приходит в голову, что я сижу здесь не ради собственного удовольствия. И могу быть не одна».

А потом раздался совсем другой звонок.

— Ольга Алексеевна, это Волочаев из РУВД, разыскиваю старшего лейтенанта Разина, он должен быть у вас."

"Она растерянно взглянула на Виктора, углубившегося в записи, которые, наверное, успел уже выучить наизусть.

— Разин уехал опрашивать свидетеля. По моему поручению.

— А Гордеев?

— Здесь.

— Трубочку ему передайте, пожалуйста.

Ермашова смотрела на оперативника и видела, как на глазах мрачнеет его лицо, наливается злостью, тяжелой, убийственной. Закончив разговор, Виктор с силой швырнул трубку на аппарат и грузно плюхнулся на стул.

— Что? — с тревогой спросила она.

— Быстрее нас успели, — процедил он сквозь зубы. — Уже подогнали свидетеля, сейчас сюда привезут, прямо к вам в кабинет доставят.

Ольга Алексеевна не стала спрашивать, кто успел и подогнал, она не сомневалась, что под безличной формой глагола скрывались все те же люди, которыми управляли все из того же кабинета «по диагонали».

— Ну, поглядим, кого они нашли и с чем, — сказала она успокаивающим тоном. — Даже любопытно: они думают так же, как и мы, в том же направлении, или придумали что-то оригинальное и свежее.

— А мне вот нисколечко не любопытно, — резко ответил Гордеев. — Я на сто процентов уверен, что нам сейчас предъявят чьи-то воспоминания о каком-то мужчине, который ездит на красном «Москвиче» и встречал Аллу Муляр после школы. И даже расскажут, что она садилась к нему в машину. Может, даже имя назовут, сошлются на Аллу, которая якобы рассказывала, что у нее есть взрослый поклонник по имени Василий Петров. Или Петр Васильев. Там такие мастера есть, которые обычному человеку любые воспоминания обеспечат.

Подскажут, напомнят, наводящий вопрос зададут, похвалят в нужный момент. Ребенку много надо ли? Да он за поощрение солидных дядей из органов мать родную продаст.

— То есть ты уверен, что сейчас сюда привезут именно ребенка?

— Уверен. Ребенка с родителями. Ну, или с одним родителем.

— Не учителя? И не шахматиста?

— Найти шахматистов у них времени не было, мы вчера и сегодня по ним не работали, даже списки не показывали, сосредоточились на гостях Смелянских.