Сценарии судьбы Тонечки Морозовой
Насте семнадцать, она трепетная и требовательная, и к тому же будущая актриса. У нее есть мать Тонечка, из которой, по мнению дочери, ничего не вышло. Есть еще бабушка, почему-то ненавидящая Настиного покойного отца – гениального писателя! Что же за тайны у матери с бабушкой?Тонечка – любящая и любимая жена, дочь и мать. А еще она известный сценарист и может быть рядом со своим мужем-режиссером всегда и везде. Однажды они отправляются в прекрасный старинный город. Ее муж Александр должен встретиться с давним другом, которого Тонечка не знает. Кто такой этот Кондрат Ермолаев? Муж говорит – повар, а похоже, что бандит…Когда вся жизнь переменилась, Тонечка – деловая, бодрая и жизнерадостная сценаристка, и ее приемный сын Родион – страшный разгильдяй и недотепа, но еще и художник, оказываются вдвоем в милом городе Дождеве. Однажды утром этот новый, еще не до конца обжитый, странный мир переворачивается – погибает соседка, пожилая особа, которую все за глаза звали «старой княгиней»…
– Мне нужны эмоции! Я должен дышать, понимаешь?! Я задыхаюсь в неволе, а ты все хочешь, чтобы я сидел в тюрьме, возле твоей юбки! Где мне взять эмоции?! Ты же ничего, ничего мне не даешь! Ты забираешь даже те, что еще есть, последние остатки!»
Эти «последние остатки» Тонечку просто убивали!..
– Самое интересное, – вдруг громко и удивленно сказала Зоя, – что я всерьез считала его гением! Представляете? То есть я смотрела его фильмы и понимала – вот гениальный фильм! Столько лет! Вы видели, что он снимал?
– Видела, – осторожно призналась Тонечка. – Всякую ерунду он снимал.
– А мне понадобилось пятнадцать лет, чтобы это понять! Должно быть, я на самом деле посредственность!
– Должно быть, вы на самом деле его любили, – сказала Тонечка. – Можно я конфету съем?
– Сколько хотите! Вы на машине? Может, коньяку выпьем?
Тонечка, запихав конфету за щеку, промычала, что с удовольствием выпьет коньяку.
Зоя принесла хрустальные стаканы, пузатую бутылку и налила – прилично.
– Упокой, Господи, душу раба твоего Василия, – скороговоркой выговорила она и глотнула. – Жил черт-те как и умер тоже по-дурацки.
– Это точно, – согласилась Тонечка.
– Зачем?
– Не знаю. Так положено.
– Мне разводиться было лень, а его все устраивало. Ему было удобно, что он женатый человек со штампом в паспорте. Если что, никаких претензий.
– А предъявляли?
Зоя махнула рукой.
– И не один раз. Приходили какие-то девицы, спрашивали с меня денег. Говорили, что Василий обещал, а я ему не даю.
– Он брал у вас деньги?
– Он просил, конечно. Иногда я давала, иногда нет. В прошлом году отправляла его матери на лечение. Однажды заплатила кредит. Он взял и забыл.
Тонечка запихала за щеку еще одну конфету.
– Он мне звонил, плакал, ничего нового. Я заплатила.
– А вообще-то, – спросила Тонечка задумчиво, – у него были деньги?
– Да вы ведь все знаете, если работаете в этой сфере. То густо, то пусто. Есть работа, есть деньги. Нет, и все, никаких денег. Разумеется, девиц он заводил, когда деньги были. Он им то роли обещал, то какие-то безделушки, то вечную любовь.
– А вам? – Тонечка тоже глотнула коньяку.
Зоя засмеялась.
– Жизнь с гением! – провозгласила она. – Ну, и безделушки тоже. Помню, какая-то штучка была, он мне показывал. Врал, что древность, что цены нет! А потом куда-то спрятал, я ее больше и не видела. В общем, смешно. Мировую славу тоже обещал. Он собирался стать Ларсом фон Триером. А получилось… то, что получилось. И сегодня он умер.
– Мой муж тоже умер, – сказала Тонечка. – И тоже пил. И тоже говорил, что у гения должны быть слуги и помощники.

















