Меня зовут Корокотта

Как это обычно бывает, пьяные превращаются в полиглотов. Я стал лучше понимать хозяев, а они меня.

— Что ты привез сюда? — спросил дед.

— Посуду из разноцветного стекла, очень красивую и дорогую, которая подойдет для подарков вану, — ответил я.

Ван — это титул китайского правителя.

Они сделали вид, что поверили. Откуда чужестранцу знать, что нравится их ванам⁈

Я крикнул Лавису, чтобы принес по одному образцу товаров из разноцветного стекла. Пока выполняли мой приказ, дернули еще по одной под тост «Суйи (На ваше усмотрение)», то есть выпей, сколько пожелаешь. Пожелали осушить до дна.

Вино им очень понравилось. Я даже пожалел, что взял мало.

Сам расспросил, с чем пожаловали сюда. Оказалось, что с самым традиционным китайским товаром — шелком разных цветов. Сразу сообщили, что все уже продали, но только начали выгружать.

Вот тут-то и пожаловал лично Лавису в сопровождении двух матросов. Каждый нес по одному предмету. Временно пониженный в должности наварх знал свое дело. Товары показал по мере увеличения стоимости: сперва чашу в технике разноцветный миллефиори, следом бело-красный кубок-диатрет и в заключение камею — вазу литров на пять из темно-синего стекла, на боках которой был белый барельеф с Гераклом, сражавшимся с кентаврами.

И техника, и сюжет — люди-кони были для них в диковинку — настолько поразили хозяев джонки, что забыли не только про вино, но и о том, что договорились с местными купцами о продаже им шелковых тканей."

"Я забрал у байюэ весь шелк, который не успели выгрузить. В Риме он стоит в прямом смысле слова на вес золота. Опечаленным местным купцам предложил забрать то, на что у их необязательных деловых партнеров не хватило средств.

Увидев, сколько те отвалили за стеклянные сосуды, тут же сами загорелись желанием приобрести. Я обменял свои товары на специи и ярко-желтую с лимонно-золотистым оттенком краску пиури. Она прекрасно отражает солнечный свет, создавая эффект золотистых бликов, ореолов. Была краска в виде комков грязно-желтого цвета, напоминающих высохшие, затвердевшие какашки. Как мне сказали, во что верю с трудом, получают ее, выпаривая мочу коров, которых кормят только листьями дерева манго. Да, плоды этого дерева имеют желтый цвет, однако очень далекий от того, какой эта краска придает тканям. Не думаю, что проход по желудку и почкам придаст им такую яркость. Приобрел и несколько отрезов хлопковой ткани цвета пиури, чтобы показывать покупателям-красильщикам, что получат в итоге. Кстати, желтый цвет считается у римлян женским, а представительницы слабого пола готовы отвалить любые деньги мужа за красивую тряпку.

Обратный путь против ветра был раза в два с половиной продолжительнее. Шли крутым бейдевиндом, а перед Баб-эль-Мандебским проливом перешли на галсы.