Монастырь (СИ)

Ты с королем одного поля ягоды. К черту! Лучше в болоте утону, чем с тобой хоть на секундочку задержусь, – герцог подхватил старый веник, который висел на крючке у входа и швырнул в спину Легрэ, а потом и вовсе зашагал в том направлении, откуда они, по его мнению вчера пришли. Схватил толстую палку и ступил в болото. “Значит я шлюха? Шлюха? Мерзавец! К чертям! Лживый пес! Не лучше всех... Выбил подпись, а еще любовью прикрывается... стоит у него! Урод!”

– Ну, все! Хватит с меня! – Сильная рука ухватила герцога за шиворот и точно пушинку, поволокла к дому. Луис брыкался, кричал, сопротивлялся, но Кристиан уже мало что соображал и попросту перестал себя контролировать.

Казалось, еще минута, и он просто сойдет с ума. Отобрав палку, он швырнул Луиса на постель и закрыл дверь на засов. В синих Кристиана глазах плескались гнев и боль. – Ах, значит мы одного поля ягоды, так?! А своему королю ты тоже в любви признавался?! Не удивлюсь! Ты же любишь, когда тебя по морде, да? Или кнутом! Лучше, чем с ножом у горла?! Он тоже трахал тебя с ножом у горла? Или хоть в чем-то мы не похожи?

– Что? Хочешь тоже попробовать? Как король? – Луис быстро нашел оружие и запустил в Кристиана глиняную чашку, следующим полетел деревянный стул, но мужчина оба раза увернулся.

– Плебей. Ублюдок. Ненавижу. Я тебя ненавижу... – герцог рванул к двери, пытаясь проскользнуть мимо. Но попал опять в руки и стал в них биться, как пойманная птица. – Я не спал с ним! Ты... мерзавец... отпусти...

– Лжец! Ты лжец, Луис! – Легрэ подтащил юношу к постели и в порыве борьбы они упали на одеяла. Тяжело дыша, Кристиан подмял юношу под себя. – Сколько ты издеваться надо мной будешь?! Думаешь, я добрый и ласковый?! Сейчас я тебя разочарую – неповадно будет в любви каждому плебею признаваться! И знаешь что?! Я тоже тебя ненавижу! Ты мне всю душу вымотал, чертов сукин сын!

Еще несколько мгновений герцог сопротивлялся, но потом взгляд его перестал быть злобным, а тело обмякло.

Рядом с Легрэ гнев куда-то испарился, а его близость вновь сводила с ума, заставляя ненавидеть уже самого себя.

– Я не лгал, – замотал головой Луис, вцепившись в рубашку на груди Кристиана. -Я не лгал... Он надо мной издевался, бил... я с ним не спал... Я.

.. правда... люблю... отпусти... мне нельзя... это стыдно, порочно. Я потому и из столицы сбежал. Ты ничего не знаешь обо мне... Но тебя люблю. Пожалуйста... – губы потянулись к мужчине и стали покрывать его лицо поцелуями.

Легрэ замер и едва не плача прижал Луиса к себе.

– Не мучай меня... Я не знаю, чему верить... Я же из-за тебя на что угодно готов. Не уходи, Луис... Я сколько угодно ждать готов, только не делай так больше – не рви мне сердце. – Кристиан прижался губами к виску юноши. – Прости... Прости меня.