Монастырь (СИ)

Ешь, силы тебе понадобятся.

Мужчина внимательно, но как можно более незаметно наблюдал за своим мальчиком, отслеживая реакции.

Луис пересел. Он не мог скрыть страха. В голове пробегали картинки избиений и измывательств. Рука потянулась за хлебом и зеленью. Юноша откусил кусочек и стал медленно жевать, но его тошнило... Вернее, есть было почти невозможно, потому что... Герцог понял это внезапно... у него болела челюсть. От удара. Показать свою боль он не мог, а потом продолжал очень медленно прожевать пищу.

– Луис, – тихо позвал король, – мальчик мой, выпей.

Он протягивал юноше кубок.

– Здесь взбадривающий отвар. Ты хотел быть дипломатом. Сейчас ты сможешь показать, на что способен.

Внимательный взгляд короля не отпускал мальчика. Он никак не мог решить, каким именно способом вывести сейчас юношу из ступора. Все варианты имели свои отрицательные стороны.

– Благодарю, ваше величество, – Луис принял кубок и стал пить, не заботясь о том, что намешано в воде. Ему было абсолютно на это наплевать. Взбодрит ли, убьет ли, вызовет ли приступ желания, усыпит... Как там сказано – послушная собака должна вилять хвостом и благодарить? – Я очень благодарен за вашу милость и желание возложить на меня столь высокие обязательства, но я совершенно не годен к дипломатии.

– глаза неотрывно смотрели теперь на костер.

– Почему? – Фернандо смотрел, как легкий румянец возвращается на щеки мальчика.

– Я убедился об этом на личном опыте, ваше величество. Благодарю за завтрак. Все было очень вкусно. – Герцог поднялся и отправился к одному из котлов, чтобы умыться, вспомнил о повязке и потянул ее прочь. Припухлости почти не было, но след от удара потемнел. Юноша плеснул на лицо воды.

Взял ивовую ветвь, чтобы с помощью нее почистить зубы. Он думал над тем, каким образом сейчас сообщить о намерении отправиться к жене. И продолжал нехитрую процедуру, которая делала зубы чистыми и здоровыми.

Мужчина неслышно встал и, бесшумно ступая, подошел к Луису.

– И каким же образом ты в этом убедился? – выдохнул он вопрос в волосы мальчика.

Герцог вздрогнул. Выпрямился в струну. Такую тонкую и изящную. Остановился, опуская медленно руки.

– Простите, ваше величество, вы подошли слишком близко. Я не могу отвечать вам, когда вы стоите за моей спиной.

– Луис сделал шаг вперед и в сторону. Повернулся. – Я не умею изъяснять простые вещи. Возможно, мне недостает убедительности, возможно, мои слова пропускают мимо ушей. В любом случае я не способен убедить ни вас, ни даже простолюдина в том, что мои намерения и желания не в том, чтобы искать общения, а, напротив, избегать его.

– Зачем? – просто спросил король. – Мальчик мой, это же больно. Для тебя больно.

Луис непонимающе посмотрел на короля.

– Вы опять все прослушали, ваше величество.