Монастырь (СИ)

Ты ни в чем не виноват, но ты хотел, чтобы мы были втроем. Ты, – рука прошлась по груди, сминая ткань одежд, – я, – по животу, – Фернандо, – Легрэ захватил в руку мужское достоинство юноши, требовательно сжал. – Так возьми же ответственность на себя за желание собственной души и разума... Умоляй пощадить тебя. Умоляй, плачь, сопротивляйся... Мы возьмем тебя, – Легрэ стал покрывать лицо Луиса легкими поцелуями, – грубо... так, как ты просишь сейчас... и жертва твоя не станет напрасной – ты примиришь нас. Умница, ты все правильно сделал... Все правильно, Луис... А теперь ноги шире раздвинь.

Юноша вжался спиной в Фернандо, слушая слова Кристиана, чувствуя, как пробуждается в том неуправляемое желание. Ощущал, что его король на грани. Провоцирует? Нет, он не хотел провоцировать... Просто испугался. А сейчас страхи еще больше... Они жгут внутренности. Герцог вскрикнул от обхвативших его естество пальцев. К дрожи добавилось ощущение, всплескивающееся вверх и опадающее вниз жаром.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – забормотали губы...

– Боишься? – сладкий шепот короля тревожил разум мальчика, не давая тому опять начать ускользать.

– Почему, милый? – он продолжал держать юношу, не давая ему отвернуться, заставляя смотреть на Легрэ.

Луис не знал ответа на этот простой вопрос. Но паника подхлестывала желание, а желание превращалось в трепет, разрывающийся стуком крови в голове, стекающим слабостью к ногам. Поцелуи Кристиана, его почти звериная ласка усиливали дрожь. А горячее, с прячущимся внутри диким чудовищем, тело Фернандо казалось огненным.

– Страх – это сладкое чувство, да, милый? – ядовитым змеем продолжал вести мальчика король. – Смотри, милый, смотри и чувствуй.

.. – паузы между фразами начали заполняться скольжением губ по шее юноши. – Ты же ничего не можешь поделать... Сладко?

– Можешь даже – ‘нет’ ответить, – сказал Легрэ, сильнее сжимая пальцы. – Только у тебя в глазах все написано... Хочешь... Вот так, как сейчас происходит, хочешь... Обоих сразу.

– Хочу, да... Пустите... Не честно так... – Луис уронил голову на грудь короля, сладко кусая губы. – Зачем вы это... говорите? – юноша ловил каждую ласку. Сдаваясь, вновь плывя навстречу обольщению. Необъяснимое творилось с ним – герцог боялся этого, боялся, что так сильно чувствует, что теряет контроль за собой, поступками, за телом.

– Мальчик мой, разве бывает “честно” и “нечестно” в любви? Ты либо любишь, либо – нет, – поцелуи Фернандо пока продолжали ласкать. – Ты слышал, что сказал Кристиан? Выполняй, сладкий.

Герцог прикрыл глаза и раздвинул ноги. Его стыд и робость брали верх над опытом близости. Юноша застонал в такт движениям Легрэ. Сложно было удерживаться теперь... Оставалось лишь довериться желаниям и инстинктам.