Монастырь (СИ)

Значит, его святейшество прибудет завтра, а пока прислал гвардейца, чтоб за нами присматривать?

Сейчас, когда запрещенные книги были надежно скрыты от посторонних глаз, библиотекарь, по идее, должен был расслабиться, однако дело почему-то обстояло с точностью до наоборот – именно теперь пришла нервозность, посылающая неуютный холодок по спине. Чтобы избавиться от нее, Этьен допил залпом свой стакан и плеснул еще.

– Да, – отозвался Себастьян и опустил голову. – Я страшный грешник, Этьен. Тебе ли не знать? Нам нужно прекратить на время контрабанду тканями и другим товаром.

Все, что происходит в порту и городах, должно выглядеть благопристойно. Иначе полетят головы всех. Знаешь, что я больше всего опасаюсь? – черные глаза поднялись к потолку. – Не Его наказания, а того, что все мои усилия напрасны. Я столько лет был врагом государства, что если хоть один человек прознает о том, кем я был раньше... Как выбрался из ада инквизиции, то этот монастырь превратится в могилу.

– Мне бы тоже этого не хотелось, – Этьен посерьезнел, оставив на время и вечную насмешливость, и маску смиренной покорности.

В редкие минуты, когда ему удавалось увидеть отца Себастьяна таким, как сейчас – не служителем Божьим, не суровым наставником, не умным и безжалостным лидером их маленького государства, а ученым, неугасимое пламя в глазах которого горит ярче всех костров инквизиции, ему казалось, он знает, почему пошел за этим человеком и продолжает идти – уже не за ним, а с ним.

– Ваши усилия не будут напрасными, – сказанные негромко, но с какой-то отчаянной яростью, эти слова прозвучали почти как обещание. – Насчет контрабанды... сегодня вечером я подам Лису весточку.

.. а вот побеседовать у нас раньше чем через пару дней не выйдет, – Этьен встал со скамьи и прошелся туда-обратно, размышляя. – Организуете мне послезавтра увольнительную – лучше днем, чтобы не привлекать лишнего внимания? Я встречусь с ним и попрошу прикрыть лавочку на ближайшие три недели и пока обойтись без рейдов... и без глупостей.

***

Днем Николай так и не смог пересечься с Себастьяном – слишком много дел накопилось, не вырваться, слишком много нужно проверить в торговых книгах перед приездом инквизиции.

Перед вечерней русич зашел к Сею, как и обещал, заново его перевязал заранее припасенными льняными бинтами, дал укрепляющий отвар и немного коньяку, чтобы мальчик хоть как-то перенес вечерню. Всю службу мужчина высматривал падре, который так и не пришел, что наводило на не очень приятные размышления.

Отведя Сея обратно в келью и напоив его легким снотворным, Николай, подумав, направился в библиотеку – Этьена тоже не было, а уж он-то точно решился бы пропустить вечерню без разрешения.