Музей смерти

– Ты уверена, что нас интересует именно вторая от входа плита? А если Алена ошиблась? А если эта плита вообще не имеет отношения к Кротову?

– Если бы да кабы… – рассердилась Варвара. – Это единственная зацепка, которую мы имеем. Давай работать с тем, что есть. Отодвинься, если не трудно…

Я отодвинулся – от греха подальше. Но фонарик не убрал. Рассеянный свет озарял задумчивый профиль Варвары. Девушка облизнула губы. Она волновалась, бусинки пота поблескивали на лбу. Она поколебалась, опустилась на колено, прижала ладонь к плите. Несколько секунд как будто прислушивалась – как врач, приложивший головку стетоскопа к груди пациента.

Потом переложила руку выше, снова застыла."

"– Не мое, конечно, дело, – начал я, – но чем ты сейчас занимаешься, Варвара?

– Не мешай, – буркнула она, – все равно не поймешь… Странно, – она отняла от плиты руку, – я ничего не чувствую… Впрочем, логично, она лежит тут достаточно долго, никто ничего не чувствует…

– Хорошо, – я откашлялся, – если уж мы смотрим на наш мир с такой необычной стороны, то могу предложить еще одно решение. Как насчет стены с крестами, которая, согласно «легенде», окончательно добила Кротова? Он прошел мимо этой стены, возможно, обратил внимание на некий крест.

Или не обратил – а крест сам его нашел. О боже… – Хоть вторую закуривай! – Представь на минутку, что один из крестов имеет прямое отношение к данной могильной плите. Может, это одно надгробие? Комплект, так сказать?

Что я нес! Пытался схватить себя за язык, но меня несло, как Остапа Бендера! Варвара уже не язвила, уставилась на меня пусть не с уважением, но уже с интересом. Мы снялись с места, пробрались в конец зала к лестнице.

Упавший гроб уже подняли, закрепили. Мы забрались на ступени, с любопытством воззрились на стену. Обычные стенные плиты однотонного светло-кремового окраса, в несколько рядов висели кресты. Всевозможные размеры – от метра до тридцати сантиметров в длину, разных конфигураций, исполнения. По форме – мальтийские кресты, «георгиевские», православные с перекладиной, католические без перекладины… Некоторые поблескивали, другие были сделаны из тусклого материала. Бронзовые, железные, медные. Какие-то – подлинные, с настоящих надгробий, другие – имитации, третьи никоим образом не относились к захоронениям. На стене висели не меньше полутора десятков крестов – от этого разнообразия разбегались глаза…

– Знаешь, наверное, ты прав, – глухо известила Варвара. – Представим, что некий крест и плита над могилой Марии Власовой – элементы одного захоронения. Они должны быть рядом, а не разнесены, как сейчас…

– Насколько рядом? – Я сглотнул.

– Совсем рядом. – Она снисходительно улыбнулась.