Поместье для брошенной жены

Я повернулась к мужу, но тот показал мне только парадную ангельскую улыбку, за которой не было видно ни тени от его истинных чувств, и мягко пожурил:

— Жене должно верить своему мужу. Ты мне веришь?

Серединка на половинку. Я же помню, как он провел меня сначала с жемчугом, потом с родовым кольцом и напоследок с кучей салонных мастеров.

Толпа заволновалась. Расступилась, как море, рассеченное магической молнией на две половинки. По проходу почти пробежала императрица.

— Ральфар, сын мой, возьми, — она протянула на ладони простое оловянное колечко.

Ральфар двинулся было от нее в сторону, но та крепко впилась пальцами в золоченый камзол.

— Я знаю, ты не веришь мне больше, знаю, что виновата перед тобой, но это не артефакт, — зашептала умоляюще. — Не артефакт! Простое кольцо. Возьми, уважь старуху.

На старуху она походила даже меньше, чем на злобную стерву, прикрутившую к артефакту темный источник. Но темный источник-то был.

Ральфар безразлично отстранил протянутую руку.

Наверное, это значило, что императрицу он не простил. После расправил крылья и поднялся в небо:

— Как старший своей семьи, я активирую круг. Спустя сутки, один из нас станет императором.

Его голос накрыл Семидворье, подобно невидимой волне, мягко обнявшей каменные стены старых дворцов.

Фир, кое-как стерший помаду со щеки, и поправивший рубашку, поднялся следом, но выглядел сущим ребенком, которого силой оторвали от сладкого. На императора он был не очень похож.

Спустя миг, они оба взмыли в небо, превратившись в золотые точки на горизонте.

Большинство драконов, словно сработал невидимый сигнал, расправили крылья следом и поднялись в небо. Но не полетели. Застыли в неясном и пугающем ожидании.

— Они ждут вас, Ваше Высочество. Ваше.… Высочество?

Я не сразу поняла, что обращаются ко мне. Вздрогнула, когда маг тронул меня за рукав платья.

Ко мне через поляну прошагал глава Варх. После почти открытой демонстрации двоевластия он старался не пересекаться с Ральфаром, но свадьбу проигнорировать не мог. Как-никак событие политического значения.

— Мое почтение, Ваше Высочество, — он коротко склонил голову и поставил меня в известность: — Я буду вас сопровождать.

Императрица отрицательно качнула головой и отступила в тень, и я поколебавшись поднялась в воздух, расправив крылья.

Как и любой другой дракон в округе я знала куда полетел Ральфар.

Следом за мной поднялись Пирре, Вальве, Люц и Альпом, чье имя мне так и не удалось запомнить. В его лице ничего нельзя было прочесть, зато Люциан Фалаш выглядел, как открытая книга. Слишком он был вспыльчив, чтобы скрыть такие очевидные чувства, как тревога и надежда.