Святой: гарпун для Акулы

Надо немедленно остановить…

— Смотри! — дернул старлея Суров.

У самой стены казармы навзничь лежал майор. По всему было видать — ему крепко досталось. Офицер не шевелился.

— Унеси его отсюда! — подтолкнул Сурова Виктор. — Солдат, солдат возьми…

— Ага, понял! — закивал Миша.

Он с трудом приподнял грузное тело майора. Старлей разнимал дерущихся, не упуская из вида Мишу с офицером.

— Уходи быстрее! — резкими окриками подгонял он переводчика. Навстречу своему командиру, отбрасывая в стороны наседающих врагов, пробирался Жоаким.

«Парень кое-чему научился, — оценил Новиков мастерство своего подопечного.

 — Хорошо, что до боевого самбо еще не дошли».

Негр отстранил Мишу, взвалил майора на плечи и стал беззащитен. Его руки были заняты, движения стали медлительными, походка твердой. Майор оказался слишком тяжелой ношей.

Тщедушный хиляк, которому Новиков уже успел расквасить нос, наискосок пересек дорогу Жоакиму. В руке доходяги тускло отсвечивала узкая полоса металла.

— Берегитесь! У него нож! — предупредил Виктор. Сзади его уже кто-то обхватил.

Негр с ножом чуть пригнулся. От напряжения на его шее вздулись узлы вен.

— Брось майора!.. Он убьет тебя! — кричал старлей, по-прежнему пытаясь высвободиться из цепких объятий. Изо всех сил он лупил вцепившегося в него локтями, но тот лишь крепче вжимался в него, стараясь смягчить удары.

Новиков растопырил пятерню и саданул пальцами по лицу противника. Офицер не видел, куда бьет, только чувствовал горячее дыхание. Что-то липкое потекло по пальцам.

Противник коротко всхлипнул, отпустил Виктора, зайдясь пронзительным воем.

Времени рассматривать нанесенное увечье не было. Новиков сразу понял, что парень остался без глаза…

Три метра отделяли его от Жоакима с Мишей, когда зимбабвиец отвел руку и сделал резкий выпад, метя ножом курсанту в низ живота.

Нож плашмя ударил по ремню, не причинив вреда Жоакиму. Негр ткнул еще раз, наклонив корпус, чтобы придать удару силу, и тут же выдернул лезвие из неглубокой раны и наотмашь резанул обхватившего его Сурова.

Отточенная сталь распорола Мише горло. Кровь хлынула фонтаном. Суров зажал кровоточащую рану ладонями. Между пальцами все сильнее струилась кровь. Она точно стремилась поскорее выбраться наружу из опостылевшего человеческого тела и уйти в землю.

Осторожно, как будто боясь уронить самого себя, Миша припал на правое колено, пошатнулся и, всхрапнув, как загнанная лошадь, упал на спину. Новая волна крови выплеснулась наружу.

— За что ты его?.. — побелевшими губами прошептал Новиков.

Жоаким пытался преградить ему дорогу. Молитвенно сложив руки лодочкой, негр сбивчиво повторял:

— Командир, не надо убивать… Тебя судить… Командир… Не надо убивать…

Зарезавший Сурова подлец прятался за спиной Жоакима.