Несбывшаяся жизнь. Книга первая

 – Я знаю, что я эгоистка! Знаю, что бываю злой и грубой, знаю, но ведь… Зачем нам чужой дядька?»

А если он будет курить вонючие папиросы? А вдруг он любит выпить, а потом поскандалить? А если у него будут вонять носки? Ленка Кудрявцева рассказывала про своего отчима – как снимет ботинки… Вонь на всю квартиру, а носки меняет каждый день, просто такой вонючий.

Жить с бабушкой совершенно не хотелось. Во-первых, бабушка до полуночи не спит: у нее бессонница, и она читает, а возле ее кровати всю ночь горит настольная лампа. Во-вторых, бабушка часто ходит в туалет. Кряхтит, охает и плетется в туалет. В-третьих, когда наконец она засыпает, то громко храпит, даже в коридоре слышно. Ну и вообще – почему она должна переезжать из своей комнаты в бабушкину?

Про отца Анюта ничего не знала.

Маме не нравились эти вопросы – у нее сразу портилось настроение и каменело лицо.

– Потом, – отмахивалась она, – когда подрастешь. Да, расскажу. Хотя ничего интересного. Все банально и тривиально.

Аня знала: приставать к маме бессмысленно. Приставай, не приставай – ничего нового не услышишь, недаром бабушка говорит, что мама – кремень.

И кто прав? Да кто поймет этих взрослых?

В общем, отношения у них были неплохие, но мамой бабушку она так и не называла. Все «ты» да «ты», словно у бабушки нету имени, даже Анюте это было неприятно.

Или вообще безо всяких «ты»:

«В магазин сходишь?»

«Уроки у Ани проверишь?»

А бабушка, кстати, хорошая. Добрая и справедливая, никогда не кричит и не злится. В отличие от мамы.

В автобусе Лиза приходила в себя.

Лешка встречал ее на вокзале, и она чувствовала, как он соскучился. Он обнимал ее, и у Лизы замирало сердце.

Они садились в его потрепанный грузовичок и ехали в Плес. У леса он глушил мотор, и они целовались.

– Ты как ребенок, – смеялась Лиза. – Не можешь потерпеть?

– Не могу, – притягивая ее к себе, отвечал он, – очень соскучился!

Она не отвечала тем же, хотя видела, что он этого ждет.

Почему не отвечала? Она ведь тоже скучала. Может, просто вредничала?

– Ну, что нового? – с трудом оторвавшись от него, спрашивала Лиза.

И, нехотя заведя мотор, он принимался рассказывать:

– Комбикорм на зиму закупили, – перечислял он, – затарили весь сарай, можно спать спокойно. А вот сена маловато: дождей было много, не успевали сушить, вот и погнило.

– Зато весь погреб в запасах – мать расстаралась. Да и огурцов в этом году было о-го-го, урожаище! И ягод достаточно. Короче, варенья мать наварила целую уйму! Я два раза в город за баллонами ездил.

– За какими баллонами, – растерянно спрашивала она. – Для чего баллоны?

– Да за банками, Лиз! Баллоны – это трехлитровые банки. Ты что, не знала?

– А какой он отец? – окончательно расстраивался Лешка.