Вершина мира

Я рассказываю историю своего путешествия в деталях, опуская впрочем подробности беседы с красавицей баскетболисткой. О Марте я вообще ничего не говорю, как и об Ирине. Но о Новицкой говорить приходится, потому что Куренков знает, что её похищали.

— Ты просто прирождённый разведчик, — качает он головой. — Надо тебе в школе КГБ отучиться, когда время придёт, естественно.

— Да что-то не знаю пока. Мне Злобин ваш предлагал уже, честно говоря.

— Лёня? Серьёзно? Ну вот видишь, у него чутьё на агентов. Быть тебе новым Зорге или Штирлицем.

— Да бросьте вы, Роман Александрович, вы же видите, все мои интересы лежат в сфере экономики.

— Значит, будешь работать под легендой иностранного миллионера. А кстати, Смирнов сказал, что представит тебя к награде. Дело, говорит, красивое будет, с шухером на всю страну.

— Ой, да может, не нужно, а то как-то вопросов у людей будет много слишком. С чего это такой молодой, а уже Герой Советского Союза.

— Ну, до героя тебе, знаешь, как до Израиля раком, но грамоту, получишь, а может и медаль.

— За заслуги в борьбе с МВД?

— Поаккуратнее с такими заявлениями, — нестрого журит он меня. — Ты мне вот что скажи, как у тебя с Цветом дела?

— Да не знаю, что сказать… Особого тепла нет, но дело-то идёт понемножку.

Там у него кадр один, правда, меня напрягает.

— Ну да, он, — подтверждаю я. — Как догадались?

— Кадр кручёный. Не удивлюсь, если это по его наводке тебя в порту шмонали. Он не знал, что ты не один летишь?

— Не знал, я думаю. Я, по крайней мере, Цвету об этом не говорил.

— Хорошо, что не знал, иначе бы и Новицкую проверили.

— Да ладно, её бы не стали, я думаю. — Она бы охранную грамоту показала. И как это по его наводке? Он что с милицией связан?

— Знаешь что, Егор… Я хочу с Цветом встретиться.

— Зачем? — задаю я глупый вопрос.

— Зачем? — переспрашивает Куренков. — Чтобы подружиться. Можешь мне встречу устроить? Я ему в качестве жеста доброй воли отдам материалы на Сергача. Там всё однозначно, ясно и понятно. Приду один, без оружия, туда, куда скажет.

— Он спросит, о чём будет разговор, — пожимаю я плечами.

— Скажи, предложение у меня, а какое, не знаешь.

— Вот ты, Брагин, хитрый жук. Может, у тебя имеется доступ к гостайне, что ты такие вопросы задаёшь?

— Предложение, от которого невозможног отказаться? А всё-таки?

— Отставить любопытство.

Где-то взрослый, а где-то прям дитя дитём. Вербовать его буду, знаешь такое слово?

Вообще-то это я вас обоих вербовать буду. Уже вербую, между прочим…

— Слышал, да, происходит от немецкого слова werben — набирать, рекрутировать, на Русь, скорее всего, попало из Польши ещё в семнадцатом веке.

— Молодец, — ухмыляется Куренков. — Буду ходатайствовать о присвоении тебе оперативного псевдонима «Кругозор» или «Энциклоп».

Спасибо, что не «Википед».