Слезы черной вдовы

Швейцар спал мертвецким сном на своем посту, а отперев квартиру, Кошкине сразу понял, что что-то не в порядке… Дверь была закрыта на один оборот, а не на два, как делал всегда он. Кошкин похолодел. Его давешний ночной кошмар: вернуться домой и обнаружить там засаду. Или еще чего похуже…

Машинально Кошкин расстегнул кобуру и отвел тугой курок нагана. Потом толкнул дверь, которая с протяжным скрипом уплыла, пуская в нутро квартиры полоску света. Кошкин еще немного постоял на пороге, вслушиваясь: все тихо - мертвенно тихо. Пока привыкший к темноте глаз не приметил вдруг шелохнувшуюся тень у входа в гостиную. Кошкин вынул наган и, направляя его на тень, сделал неслышный шаг на мягкий ковер в прихожей. Следовало бы спуститься вниз и растолкать швейцара, но не в этот раз.

- Не стреляйте, Степан Егорыч, я ничего у вас не украла. - Снисходительный с усмешкой голос.

- Откуда мне знать? Сейчас отведу вас в полицию - там разберутся. Держите руки на виду и выйдите на свет.

- Степан Егорыч, я ведь уже просила вас не бояться меня.

Светлана показалась из тени, скромно расправляя складки на юбке. Она была без шляпки и без верхней одежды - судя по всему, давно уже сидела здесь, в темноте. На губах таилась улыбка, и, кажется, происходящее ее забавляло.

- Вы мои духи узнали, да?

Кошкин не хотел отводить дуло револьвера, потому как это позволило бы ей чувствовать себя еще свободней, но и целиться в нее не мог, просто не мог. Он опустил наган.

- Как вы сюда вошли? - вместо ответа спросил он.

- Ваш швейцар принял меня за некую Зою Марковну и без разговоров дал запасной ключ. Я была под вуалью. Кто такая Зоя Марковна?

- Талантливая актриса, как и вы. Зачем вы явились?

Светлана улыбнулась такой непонятливости и, подойдя ближе, попыталась коснуться его щеки - но Кошкин грубо перехватил ее запястье и сжал.

- Зачем вы явились?!

Наверное, слишком сильно сжал: улыбка на лице Светланы дрогнула, а в глазах мелькнул страх.

- По-вашему есть много причин, по которым женщина может прийти ночью к мужчине? - ответила она.

- Я сейчас отведу вас в департамент полиции - и вы там расскажете об этих причинах. Говорите правду!

Светлана растеряно молчала. Кажется, она не верила, что он способен на подобное. Напрасно. Кошкин шагнул обратно к двери, силой ведя Светлану за собой - она сопротивлялась и пыталась вырваться:

- Перестаньте… не делайте этого! Хорошо, я признаюсь: я пришла за протоколами, которые подписала в поезде. Не забрать их, нет… Я хотела лишь исправить кое-что.

Кошкин остановился и вновь посмотрел на нее. Он с тоскою слушал, не перебивая, и чувствовал, будто с каждым ее словом ему в сердце глубже забивают кол.

«Размечтался, идиот, - уныло думал он. - За протоколами она пришла - и ничего личного».