Зеркало сновидений

Конечно, тебе было бы легче, если бы все жизненные факты и события можно было выстроить во фрунт, скомандовать им «налево», или «кругом марш», или еще как-нибудь… Но не бывает же так, пойми, не бывает! Случаются и необъяснимые случаи, и просто чудеса…

— То, что один человек погиб, а другой, скорее всего, умрет, — это чудо? — спросил Сергей Васильевич, насупившись.

— Но их же никто не убивал, — пробормотала Евдокия Петровна, теряясь от тона своего племянника. — Это судьба, понимаешь? Оленька и Арсений просто увидели во сне будущее.

Вот и все!

— Знаете что, — внезапно проговорил Ломов, — расскажите-ка мне еще раз, что там произошло, и не упускайте ни одной мелочи. Я хочу знать, кто что говорил, кто как себя вел и, главное, кто где находился, когда молодой Шанин вышел из комнаты.

— Но меня ведь там не было, — ответила тетушка, глядя на него с удивлением. — Я знаю только то, что мне сказали… А что, собственно, ты хочешь узнать?

Пока Сергей Васильевич выспрашивал у своей родственницы подробности случившегося, сам хорошенько не зная, что именно он хочет найти, Амалия ехала в открытой коляске по улицам Петербурга и возле набережной заметила знакомое лицо.

Ларион плелся с удрученным видом, едва волоча ноги, и даже не смотрел по сторонам. Амалия велела кучеру подъехать поближе к тротуару и окликнула молодого человека. Ларион поднял голову, узнал баронессу, поздоровался и сделал попытку улыбнуться.

— Что случилось, Ларион Алексеевич? — спросила Амалия. — На вас лица нет.

— Я только что из госпиталя, — ответил Ларион и обрушил на собеседницу бессвязный поток слов о том, что произошло сегодня в полдень в доме Левашовых.

— Доктор Дегуров сказал, что Колю нельзя оставлять дома, понадобится операция, и, возможно, не одна… Его отвезли в больницу, Володя поехал туда же, я — с ним. Поручик Истрин тоже вызвался поехать, но Володя закричал: «Нет! Вы уже и так сделали все что могли». Вмешалась Машенька и стала уговаривать Володю успокоиться. Никто ни в чем не виноват, это был несчастный случай… Оленька тоже сказала дрожащим голосом, что она не виновата.

Володя посмотрел на нее и спросил так, что у меня внутри все перевернулось: «Думаете, мне от этого легче?» Я читал, что близнецы часто очень привязаны друг к другу, больше, чем обычные братья, — добавил Ларион. — В госпитале Володя был сам не свой…

Амалия всегда гордилась своей выдержкой, но сейчас ей стоило большого труда не показать того, что она чувствовала.